МАУ ИЦ «Норильские новости»

Скрывать нам нечего

Скрывать нам нечего

Скрывать нам нечего

Каково это — ежедневно общаться с подозреваемыми и обвиняемыми в преступлениях, в том числе и самых тяжких, и сохранять при этом выдержку и позитивный жизненный настрой? Об особенностях работы в СИЗО «Заполярке» рассказал начальник отдела режима и надзора майор внутренней службы Александр Покотило.

СИЗО — учреждение, обеспечивающее изоляцию подозреваемых, обвиняемых, подсудимых и осуждённых, ожидающих вступления приговора в законную силу, и осуждённых, ожидающих конвоирования.

В СИЗО–4 более 130 камер для размещения спецконтингента. Все «постояльцы» размещены по категориям: впервые попавшие в места лишения свободы, ранее отбывавшие наказание и так далее, всего 16 категорий.

<foto>Фото: Александр Покотило</foto>
Фото: Александр Покотило

– Из какой вы семьи?

– Родители родом с Украины. Дед отбывал в Норильске наказание, причём не по политической статье. Колония «Пятёрка», где он сидел, находилась примерно там, где сейчас пересекаются улицы Талнахская и Павлова. Когда дед вышел на вольное поселение, пригласил сюда своих сыновей — моего дядьку и отца. Я родился здесь в 1970 году.

– Как попали на службу в СИЗО?

– В конце 1992 года, после демобилизации из рядов Советской армии, где я проходил срочную службу, пришёл в военкомат, чтобы встать на воинский учёт и прочёл объявление о том, что в СИЗО требуются сотрудники. Сразу же поехал смотреть, где это, и узнать, подхожу ли я. Помню, поднялась пурга, и я заблудился. Когда всё–таки с горем пополам добрался, меня встретили как родного. Сейчас должность, которую я тогда занимал, называется «младший инспектор», а тогда же я был... контролёром. Мама ещё удивлялась: «Саша, что ты там контролируешь? Понимаю, что делает контролёр в автобусе, но в СИЗО...».

– Что входит в ваши обязанности?

– Весь содержащийся в следственном изоляторе спецконтингент находится под неусыпным наблюдением сотрудников отдела, которым я руковожу. Также на меня возложена работа с дежурной сменой. В общей сложности в моём подчинении человек 75. И наша общая задача — недопущение чрезвычайных ситуаций. Пребывание у нас начинается с карантинной камеры — мы разъясняем вновь прибывшим порядок содержания и знакомим с документами, в соответствии с которыми мы действуем. Чтобы подследственные не оказывали друг на друга негативного влияния, мы рассаживаем их по разным камерам: новички содержатся отдельно от тех, кто уже бывал на скамье подсудимых, подозреваемые и обвиняемые в тяжких преступлениях не пересекаются с теми, кто проходит по лёгким статьям. В каждой камере есть инструкция, где чётко прописано, как и в каких ситуациях нужно себя вести, какие и у кого есть права и обязанности, кому и на что можно пожаловаться.

– И всегда всё тихо–мирно?

– Редко, но неординарные ситуации случаются. Чаще всего весной, когда у некоторых наших эмоционально нестабильных подопечных случаются нервные срывы. В таких случаях мы используем законные меры воздействия, подключаем медперсонал.

– Как меняется спецконтингент со временем?

– В последние десять лет к нам поступает много больных — и физически, и психически. Хотя наркоманов в городе стало намного меньше, у нас они «не заканчиваются» — к нам за совершение различных преступлений попадают те, кто колоться начинал в 1990–е — начале 2000–х, и к некоторым только в стенах СИЗО возвращается человеческий облик. Многие нуждаются в том, чтобы их сначала отмыли, одели, откормили, подлечили... А потом уже с ними начинают работать следственные органы.

– Сколько подозреваемых, обвиняемых и в каких преступлениях сегодня содержатся в следственном изоляторе?

– Это информация сугубо для служебного пользования. Могу сказать только, что рассчитано СИЗО на размещение 484 человек, в том числе женщин с детьми до трёх лет и подростков–правонарушителей. Могу сказать, что сегодня в Норильске совершается меньше тяжких преступлений, в том числе связанных с наркотиками. Зато много краж и случаев мошенничества с банковскими картами. При этом раскрывать преступления и устанавливать подозреваемых стало проще: на большинстве машин — видеорегистраторы, во многих общественных местах и на банкоматах — видеокамеры. Частенько спрашиваю у задержанных по горячим следам: «На что рассчитывал, не мог же не понимать, что попадёшься?». Отвечают в основном: «Не подумал».

Много у нас алиментщиков — сейчас на злостных неплательщиков заводят уголовное дело и берут их под стражу. Пятеро человек, которые у нас находятся, получили реальные сроки за призыв к экстремизму — собирали деньги для отправки террористам в Сирию.

– Удаётся оставаться беспристрастным, общаясь с насильниками, убийцами, мошенниками?

– Мне, по сути, всё равно, почему человек оказался в СИЗО. Для меня он — часть спецконтингента. Если же я буду думать о преступлении, которое он совершил, пострадавших и последствиях, я не смогу работать. Правда, не могу не испытывать жалость к несовершеннолетним преступникам. Причём у меня даже язык не поворачивается их так называть, я их называю «дети», и отношусь к ним с пониманием. Процентов 90 из них — из неблагополучных, чаще всего неполных семей. Сегодня у нас есть восемь ребят 16–17 лет — высокие, крепкие, спортивные. Преступления, которые они совершили, тяжкие — разбой, грабеж. Мы проводим с ними воспитательную работу, даём возможность учиться. Было время, когда ни одного несовершеннолетнего у нас не имелось, а сейчас — всплеск. И ведь это вина взрослых, которые недосмотрели, упустили момент, когда ребёнок попал под плохое влияние и в итоге оказался здесь.

– Кадры вам нужны?

– Да. И молодёжь приходит. Многие приезжают с материка. Проблема в том, что сегодня мало кто служит больше 15 лет — как только появляется возможность выйти на пенсию, сотрудники ею пользуются. И получается, что уходят те, кто, получив богатый опыт, смогли бы полноценно учить других. И мотивация сотрудников сегодня изменилась. Если мы, начиная служить, понимали, что денежный оклад напрямую зависит от выслуги лет и звания — чем больше ты служишь, тем больше зарабатываешь, то новое поколение хочет получить всё и сразу.

– Эпидемия коронавируса отразилась на вашей работе?

– Да, ужесточились требования к мерам профилактики: перед заступлением на службу сотрудники в обязательном порядке измеряют температуру, рассказывают медперсоналу не только о своём самочувствии, но и здоровье тех, с кем проживают, на посту находятся в масках. Что касается спецконтингента, при этапировании они также должны находиться в масках.

– Как вы относитесь к тому, что сегодня СИЗО стали более открытыми для журналистов и правозащитников?

– Интерес общественности к тому, что у нас тут происходит, — это хорошо. Это подстёгивает нас. Из ошибок прошлых лет надо делать выводы. Меняется, меняется система, отношения. И мы меняемся. Юристы, священнослужители, общественники, которые к нам приходят, оказывают нам помощь, в том числе влияя на общественное мнение. Обидно, например, что во всех фильмах и сериалах те, кто работает в колониях, тюрьмах и следственных изоляторах, — отрицательные персонажи. Прокурорский же надзор был всегда. Например, прокурор Норильска Владимир Сурмач в своё время ежемесячно делал обход камер, опрашивал спецконтингент, отвечал на вопросы и реагировал на жалобы. Скрывать нам нечего — мы работаем в рамках закона, ратуем за улучшение условий содержания, своими силами делаем ремонт. Мы заинтересованы в освещении нашей работы, чтобы как можно больше толковых парней, для которых слова долг, честь, совесть имеют смысл, после армии приходили служить к нам.

– Ваши дети по вашим стопам не пошли?

– Старшая дочь, Настя — медик, средняя, Аня — журналист, работала в ГТРК, сейчас — блогер. Сыну Филиппу — 16 лет, и он с выбором жизненного пути ещё не определился. Но вряд ли пойдет по моему пути. Я учил его любить Родину и служить ей, но мне кажется, что он выберет другую стезю.

<foto>Фото: В музее СИЗО довольно устрашающие экспонаты</foto>
Фото: В музее СИЗО довольно устрашающие экспонаты

<foto>Фото: На кухне недавно сделали ремонт и поменяли оборудование</foto>
Фото: На кухне недавно сделали ремонт и поменяли оборудование

<foto>Фото: Для матерей с детьми созданы специальные условия</foto>
Фото: Для матерей с детьми созданы специальные условия

Надежда Сидор

27 марта в 12:45
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.