МАУ ИЦ «Норильские новости»

Не торопись делать выводы - это абсолютно точно. Мы было

Не торопись делать выводы - это абсолютно точно. Мы было

подумали, что в связи с последними событиями вопрос о выходе комбината из РАО "подувял". Оказалось - ничего подобного! Как всегда, опрашивали знакомых и незнакомых, по телефону и на улице. И выяснили, что единого мнения по этому поводу нет. А поразмышлять есть над чем. Читайте, сравнивайте аргументы, анализируйте...

Виктор, 24 года, слесарь:

- Мне, честно говоря, совершенно пофиг. Лишь бы деньги вовремя платили. Все профсоюзные собрания, конференции - одна болтовня, никакой профсоюз не поможет, если в Москве не захотят. А там, наверное, не захотят... Хотя, как я уже говорил: мне абсолютно до лампочки, будем мы в составе РАО или нет.

Василий Андреевич, горный специалист высокого класса:

- Государство дерет с нас три шкуры. А тут еще один нахлебник появился - банк. Ему же с миру по нитке - голому рубаха. Да, комбинат всегда управлялся из Москвы, но в министерстве понимали, чего можно с нас требовать, а чего нельзя. И деньгами не забывали нас вовремя обеспечивать. Я не против, пусть комбинат остается в РАО, но принципы взаимоотношений наших должны быть пересмотрены.

Виктор, 30 лет:

- Это ни к чему хорошему не приведет. И еще, я бы сказал, что это не иначе, как паникерство уставших людей.

Олег Михайлович, 22 года:

- Замечательно. Меньше начальников - больше денег. Будет ведь разница - один человек ворует или десять. Только за последнее время мы пережили три назначения - Абрамова в РАО, исполнительного директора и исполняющего. А я вот в отпуске сижу без отпускных - я ведь не родственник Хлопонина, чтобы зарплату вовремя получать.

Профессор В.А. Шульгин, зав. кафедрой информатики Норильского индустриального института:

- Я за отделение Норильского комбината от РАО. Структурное укрупнение оправданно до определенного порога, который уже комбинатом пройден. На следующем этапе (т.е. на том, где сейчас находится РАО и НК в его составе) теряется эффективность управления, его положительная мотивация: сидя в Москве, разве можно в полной мере проникнуть в суть проблем, которые решаются непосредственно в Норильске. Разве можно понимать чаяния и заботы жителей Норильска, знать, что у них в кошельке, не говоря уже о потребительской корзине?

Усенок Д.Н., военный:

- Нам бы со своими проблемами разобраться. Да и к тому же мы несколько в стороне от магистральных проблем комбината и РАО, поэтому трудно предположить, лучше нам будет или хуже при отделении, разделении, выходе, уходе...

Начальник одного из норильских почтовых отделений:

- Наша почтовая связь ни к комбинату, ни к бюджетным организациям не относится, поэтому что бы где ни решали, на нас это никак не отражается. Нас никто не любит, ни квартир, ни денег ни от кого не ожидаем. Так что мне все равно, кто откуда и кем управляет.

Светлана, учительница:

- Абсолютно без разницы. Как-то меня больше волнует отмена материальной помощи и состояние городского бюджета, чем комбинатские дела. А РАО далеко...

Анна Васильевна, сотрудница одной из бюджетных организаций:

- Очень трудно сказать конкретно: да, это плохо, а вот это хорошо. Наверное, РАО тоже задумывалось с какой-то очень хорошей целью. А сейчас получается, что оно служит только для решений по главным вопросам жизни в Норильске и, как правило, не в пользу его жителей. Хотим мы того или нет, но нормальной жизни в Норильске сейчас нет. Когда я приехала сюда, знала, что здесь я буду жить. А сейчас получается, что сижу на чемоданах и думаю об одном: то ли я отсюда сама поеду, то ли меня выбросят как ненужную вещь.

А.Ф., 71 год:

- Чем быстрее бы вышли - тем быстрее стало бы лучше. Мы вот лихолетье военное пережили, на наших плечах город поднимался - а ведь жили же! К чему-то стремились, надеялись, детей рожали! У начальника комбината в пятидесятых, у Зверева, оклад был 7 тысяч рублей и пенсия еще военная. Так Владимир Степанович отказался от северных надбавок и коэффициентов. "Зачем, - говорит, - мне и так на жизнь хватает". А нынче - эти в Москве от 80 до 120 миллионов получают... А плавильщики, шахтеры, горняки таким трудом здесь копейку свою зарабатывают.

Виктор (ну, настоящий мужчина):

- Я к этому отношусь отрицательно. Потому что воровать будут еще больше. А станем ли мы жить лучше - не знаю. Для выхода комбината из РАО необходимо полностью перестроить структуры управления, связей с подрядчиками и т.д. На это уйдет достаточно времени. Но его можно было бы потратить на то, чтобы заработать деньги будучи в том же РАО.

Валентина, служащая:

- Я за то, чтобы выйти из РАО. Сбыть металл мы и без Хлопонина сможем.

Михаил, служащий:

- Я против выхода. Нужно просто решить вопрос о взаимодействии, нужны нормальные договорные отношения. Решить вопрос можно чисто юридически. Как говорят диалектики, определить, что первично, а что вторично.

Мария Ивановна:

- Мы, конечно, за. Ну что хорошего в том, что нами руководит РАО. Мне вообще не понятно, почему мы, работники бюджетных организаций, оказались как бы в стороне от комбината. Мы ведь, хоть и опосредованно, но работаем тоже на него. И живем мы все здесь независимо от названия организации, в которой трудимся. Но получилось так, что мы сознаем свою принадлежность к комбинату и понимаем его нужды. Зато г-н Хлопонин этого не сознает. Может быть, новый хозяин и руководил бы всеми нами лучше. Люди бы чувствовали себя людьми, а не...

Владимир Семенович, бывший строитель "Надежды":

- Думаю, комбинат обирают со всех сторон. РАО устроено для прибылей верхушки. Может, у Филатова тогда были хорошие задумки, но все видят, чем они обернулись. Сегодня товарищи мои рассуждают, что комбинат должен был сам производить и продавать свое тоже сам. Только надо было сразу вплотную заниматься экономикой. Теперь НК вряд ли уже выпустят... Вот слушал на конференции профсоюзов Хагажеева. Знаю его хорошо по совместной работе - очень серьезный, заслуженный человек и специалист. Но на конференции стало его даже жалко. Ему же часто даже ответить своим бывшим коллегам нечем было. Случай с отменой назначения Гальперина тоже говорит о том, что в РАО кривят душой. Поэтому особого доверия к заверениям в том, что все будет происходить цивилизованно, - нет. Пока режут по живому. Чувствуется безысходность. Но никуда не денешься. Я вот из своей организации на пенсию по стажу ухожу, но буду возвращаться на комбинат, пока зовут. А там посмотрим, что будет дальше. Может, и не так плохо, как думаем.

Мужик около киоска на Завеняжке, лет около сорока, помятый:

- Да я уже давно не работаю: не берут никуда. У тебя вот пять тыщ не найдется? РАО? А че это?

Шурик, рыжий мальчишка тринадцати лет:

- РАО, РАО... Все вокруг как с ума посходили, мамка, та аж на больничный ушла. А что хорошего, когда родители целый день дома. Пусть уж лучше работает...

Александр Владимирович, пенсионер (интеллигентного вида, лет 65-ти):

- Лучше всем делать одно дело. Раньше все вместе работали, все вокруг было общим - и как хорошо жили. А сегодня все разодрали страну, с таким трудом построенное народное хозяйство на кусочки, и что? Пусть уж лучше все будет одним большим куском.

А.С., экономист-аналитик:

- Под крыло к государству резон проситься слабым предприятиям, нуждающимся в поддержке. Наш комбинат вполне жизнеспособен сам, но он нуждается в экономическом реформировании. Должен быть выработан действенный механизм управления издержками с тем, чтобы значительно повысить эффективность производства. Все это и пытается сейчас провести РАО. А от того, насколько успешно пойдут реформы внизу, зависит будет ли прогрессировать наше общество или оно повернет вспять.


В.И.Овчинников, специалист по оплате труда:

- Я - лишь за экономически обусловленный, обоснованный выход. Усматриваю в этом и положительный, и отрицательный моменты. Структурные преобразования же оцениваю по трем позициям: социальные потери, финансовые возможности и человеческий фактор - ведь меняется психология человека.

В любом случае точка зрения на вопрос о выходе может быть субъективная, так как мы сегодня не совсем информированы. Поэтому во многом страшно проигрываем: не оперируем вовремя возможностями использования строчек бюджета (тех социальных льгот по отдельным программам, которые можно профинансировать за счет федерального бюджета или субъекта федерации). "Прохлопали", например, приобретение жилищных сертификатов, как это подсуетился сделать Ненецкий автономный округ, та же Тува...

Представители ОНЭКСИМа все время говорят нам: "Нет денег", тогда как из сообщений центральной прессы явствует, что ОНЭКСИМбанк перегнал всех конкурентов по выпуску еврооблигаций, приносящих очень даже неплохие дивиденды.

Слишком многое говорить об альянсе РАО - ОНЭКСИМбанк - АО "Норильский комбинат".

То, что нужна структура, отстаивающая интересы "Никеля" в Москве и на мировом рынке, - однозначно. Но не с таким же управленческим аппаратом (сейчас - 120 человек, планируется - 300) и не с таким отношением к социальным, житейским проблемам норильчан.

А под государственное крылышко, если станем казенным предприятием, залезать сегодня - ой как трудно...


12 февраля 1997г. в 17:30
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.