МАУ ИЦ «Норильские новости»

* * *

* * *

Какой вам памятник построить,

Чтоб не обидеть, не слукавить,

Какой вам памятник поставить

За ваши страшные года?

Из бронзы, мрамора и камня

Иль просто деревянный крест,

Который было не под силу

Вам на свою Голгофу несть?..

Пусть памятник первый построит народ,

Он скромный, но вечный - норильских пород.

Вторая вам память - Шмидтиха-гора,

И сколько душ светлых в себя забрала.

А третья же память - всех первых сильней:

Норильск - на костях и на муках людей.

Пускай не забудет он павших своих,

Пред Божьей иконой молитву творит.

(Из стихотворения Анны Ковальчук, бывшей узницы Норильлага).


ХОЖДЕНИЯ ПО МУКАМ

Рядовые рублевых карьеров

Мой знакомый "сдавал" на глазах, буквально задыхаясь от бесплодных попыток получить хоть какую-то сумму "на поддержку штанов" для своей семьи. Кто плавал, тот знает.

Плавать больше не было сил - два его курносика уже забыли, как выглядят яблоки, они не заметили, когда пропало местное норильское молоко. Невывезенные в прошлом году в зеленое и морское лето, они даже не догадывались, что папа их, осатанев от закрывающихся перед носом дверей и вечных "нет возможности материально помочь", объявил голодовку. Тихую такую голодовку, без шума и всемирной поддержки. Пройдя крым и рым, получив отказы "от" и "до", сел на хлеб и воду. С сахаром. Предварительно поговорив со своим непосредственным начальником и ребятами по службе и получив как бы человеческое, мужское такое "добро"...

Через три дня на четвертый его дети ели рисовую на молоке кашу, им же, молоком, запивая. И цокали язычками.

...Да что же там за кассы такие мученические, - я все не могла понять с его слов ни специфики (если можно так сказать) распределения денег, ни мотиваций, связанных с отказами. И собралась посмотреть.

* * *

Да, положительная резолюция человека из комиссии по распределению денег стоит многого...

Отпускники, беременные, серые похоронки, с кругами под глазами студенты меняются каждый день, каждую неделю. Так же, как и те, кто за норильлаговского вида закутком вершит их судьбы.

- Сколь, касатик, попросить, чтоб дали 10 миллионов? - несколько дней отстоявшая у "заветной" двери бабулька обращается к бравому охраннику.

- Проси невозможного - получишь максимум, - угрюмый голос из толпы.

Парень в военной форме улыбается. Ему сложнее всего. Он - меж двух огней. Ему приходится "фильтровать" людей по принципу "срочности", часто со скандалами или слезами. Ошибся, пропустил не того - получи "взыскание" от "Иван Иваныча" за то, что недобдил.

"А силу применять приходится? А оружие при себе имеется? Вас сюда, что, в наказание за провинность в части?" - засыпала его вопросами. Опять улыбается: "А зачем это вам?"

Очередники делятся по степени срочности и важности ситуации. Бывают дни, когда из общей очереди проходит один-два человека, а то - и ни одного. Это когда много путевочников и по телеграммам (у них очереди отдельные, свои). Смертные весточки, как и вызовы на операцию, - перепроверяются. Как-то из шести четыре оказались фальшивые. А времени сколько ушло... Любой Иван Иваныч с железными нервами не выдержит.

Отдельной, но братской республикой расположились тут же будущие мамочки. Разные все, интересные. Негодуют - как же так, смерть "для него" - событие, а рождение человека - нет.

Одна говорит: "Я не высижу столько в духоте, еще рожу вам тут под дверью". А ей в ответ хамоватое: "Не можешь - пусть муж твои деньги отстаивает. Ребенка сделать сделал... А то и рожай здесь. Мне все равно".

Под вечер, к половине пятого, пронеслось - эй, кто там из общей очереди, 100 миллионов осталось, кого 5 млн. устраивают - заходите.

- А кого устраивают пять?

- Меня три устраивают - они мне не дают, не подхожу я им - не срочное, говорят. А мне детям-студентам "на материк" отправить надо, а мне сказали, не можешь, мол, обеспечивать детей, нечего учить.

- Утром была одна комиссия, обещали тем, кто 18-го в "Заполярье" едет, деньги выдать. Ждем до обеда. Приходят другие и - только до 17-го принимают. Ну что ты будешь делать!.. Зачем обманывать-то?

- Пропустите, пропустите, передайте Иван Иванычу, у меня "горящая" путевочка, с сегодняшнего дня заезд, - товарищ в бобровой шапке легко, беспрепятственно заходит в кабинет.

- Да она у тебя уже в руках горит, глянь, - человек с похоронкой вышел из себя. Ему в Астрахань лететь, отца хоронить, им на семью из 3 человек 10 миллионов всего выделили. - Как хошь - так и хорони. Этого даже на дорогу не хватит.

Вдруг прорвало. Глухонемого приняли, уже неделю глухо и немо добивающегося деньжат. Беременных - по одной, друг за дружкой (всем по 8 млн. на пеленки - ни больше, ни меньше, лимит). Общая стала удивительно продвигаться.

- Да это они узнали, что тут из средств массовой информации стоят. Солдатик, поди, сообщил. Да?

Парень в форме уже не улыбался - устал.

Люди, выходя, стали за что-то благодарить, обнимать даже. Я ведь только стояла, выслушивала их, наблюдала, на диктофон некоторых записывала. Эффект подкрался незаметно.

- Вы к нам сюда завтра приходите, - просили те, кому сегодня уже "не светило". Я отошла в сторонку. Кто-то еще кричал, чего-то доказывал, кто-то смахивал слезу с уставшего лица. День кончался.

Иван Иванычи из комиссии по распределению финансовых средств расходились по домам. Люди еще ворковали, обсуждали завтрашний список, кто-то рассказывал, что видел ведомость на 50 млн. - везет же некоторым.

Ко мне подошел работяга с кирпичного, сунул бумажку в карман.

- Вот, - говорит, - номера двух телефонов. Стоит позвонить, если только вас знают, если вы свой, и деньги будут. О процентах, перепадающих этой "службе", договориться можно непосредственно при получении денег. Система работает исправно.

- А вы почему не звоните, если располагаете такой информацией? - спрашиваю.

- А меня все равно не знают. Я человек маленький. Бесполезно...

М.КАЛИНИНА.


СУЖДЕНЫ НАМ БЛАГИЕ ПОРЫВЫ, НО...

Покаяние откладывается

Шесть лет у нас толкуют о строительстве памятника мученикам лагерей.

Вот очередная комиссия отзаседала. На этот раз уже не спорили, где стоять памятнику. Гвардейская площадь, на месте знаменитого камня. Однозначно. Автор проекта архитектор Сергей Ночевкин заверил, что с ГАИ проблем не будет. Площадь задумали благоустроить так, что подходы к монументу не составят проблемы. Вроде по старым фотографиям это место когда-то было таким же уютным, как Арбат. Даже с фонарями.

Главная загвоздка - отсутствие финансирования. Проекту-то уже два года, победил из десяти других. Было много шума - каким быть памятнику. Наконец, сошлись на идее колонны, напоминающей одну из пилястр с капителью наверху. Как на знаменитых домах, построенных заключенными вокруг площади. Обелиск может быть из естественного камня или светлого металла. Как деньги позволят. Высотой до 16 метров. Пока дальше уже развалившегося от времени макета дела не шли. А ведь памятник мог давно стоять. Чего нам не хватает - денег, совести, памяти, горения? Митрофан Петрович Рубеко, глава Норильского общества жертв репрессий, нервно постукивая своей палкой, так и рубанул: "Пока будете строить, мы все перемрем".

Рабочая группа, в которую вошли начальник управления по делам культуры и искусства Н.Я.Сербина, гл. архитектор города М.Г.Журавлев, директор музея НПР Л.Г.Печерская и другие заинтересованные специалисты, до конца месяца подготовит необходимые документы и обращения к первым лицам города и комбината с просьбой открыть финансирование необходимых работ с мая этого года.

Так что по-прежнему уповаем на святую волю начальства. Говорят, что взывать к общественному мнению, а тем более к хилому карману народа, сегодня безнравственно. Думаю, главная проблема не в инерции и безразличии власть имущих. Просто в Норильске по-прежнему не находится деятельной общественной силы, способной хотя бы из естественного чувства покаяния добиться установки памятника. Тем страдальцам, кто ударно строил город и комбинат в неволе. Так и не получив за свои труды ни благодарности, ни денег. Так пусть вернут хотя бы монументом.

Во всех нормальных странах приняты пожертвования на благие дела. Прежний счет на наш памятник за давностью лет заморожен, никто со сбором денег сегодня связываться не хочет. Говорят, суммы смехотворные и проблемы не решат. Ну, а если человеку важно пожертвовать именно на это святое дело?

Не знаю, на какие деньги поставлен памятник жертвам ГУЛАГа в центре Омска (см. снимок). В его основании - земля из сотен лагерей, из норильского тоже. Внутри символического храма колокол, подсвечники, по стенам простые покаянные слова на табличках с названиями мест, где мучились люди. Простая и человечная идея. Никакой помпезности. Есть где колени преклонить. Как будет у нас - неведомо.

И.ДАНИЛЕНКО.

P.S. На днях у М.П.Рубеко побывала американская журналистка, сносно говорящая по-нашему. Она так и не смогла понять, почему мы не можем поставить такой важный памятник. И еще, что такое "балок"... И.Д.


24 апреля 1997г. в 16:30
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.