МАУ ИЦ «Норильские новости»

Бабушка, которая даст фору молодым

Бабушка, которая даст фору молодым

Сначала Тамара Николаевна ШУКАЛОВА показалась мне одинокой женщиной. Одинокой пенсионеркой. Таких много. Они живут своими воспоминаниями, которыми могут поделиться лишь на встречах с молодым поколением, посвященных 9 Мая. А поговорить по душам, увы, не получается, да и не с кем. Когда же удается, каждая случайно оброненная фраза превращается в торопливый, сбивчивый рассказ — а надо ли это кому, чужая жизнь?..

Бабушка Тамара обратилась к нам сама — искала через «Заполярку» свою подругу по блокадному Ленинграду — Герту. Разговорились. А потом я пригласила ее к нам в редакцию в гости.

Мне часто приходилось общаться с ветеранами. Одни рассказывали о своей жизни с болью, другие — как–то легко, будто фильм или книгу пересказывали. Но все они были другими... Хотя нет, другой оказалась она, Тамара Николаевна. Никогда мне еще не приходилось видеть почти 80–летнего человека с такими озорными глазами и задорной улыбкой. Кажется, что нет–нет да и выкинет какой фортель шустрая бабуля. Так и есть: пока пьем на кухне чай, она показывает свои фотографии: «Вот, смотрите, Танюша, это я отдыхала на Вальке по путевке, три года назад. Экая Волочкова! Я так назвала эту фотографию. Видите, как ножку подогнула? А вот Сочи, лето 2005–го. Вот тут я, между прочим, в парео». Скоренько складывает фотографии в старенькие желтые конверты, улыбается: «Ну, теперь спрашивайте меня, я готова рассказывать!».

Главное не декорации, а суть жизни

Уроженка Одессы, по духу бабушка Тамара истинная ленинградка. Когда начала писать стихи (уже здесь, в Норильске, работая в школе), большую их часть посвящала любимому городу. Это, говорит, от матери, Олимпиады Григорьевны, замечательной женщины, крепко привила эту любовь. Наперечет знает все ленинградские улицы, площади, дворы, где гоняли в салки до мокрых волос на лбу, Летний сад, где зимой катались на взятых напрокат финских санях... Вижу, ей тяжело вспоминать это время, как будто вынужденно улыбается: «Я ведь из очень обеспеченной семьи была, детство счастливое. А потом война... Представьте, каково это — видеть, как в доме, где ты провел лучшие годы, в этот родной двор на Мойке падает бомба».

Тогда погибли многие. А ее семья выжила. Поразбросала их потом жизнь. Дед умер от голода в блокадном Ленинграде, отцу, начальнику одного из заводов, приказали вывозить оборудование и работников с их семьями за Урал. Там спустя несколько лет он и умер, не перенеся серьезной болезни. Тамару с матерью в 42–м вывез ее брат, солдат Константин Семенишин. Вывез в Ярославскую область, там подлечил раненую руку и вернулся обратно на фронт. Дошел до Берлина.

– Да и после того, как вызволили нас из блокадного Ленинграда, жизнь сахаром не была. Мама, выпускница авиационного техникума, работавшая на авиазаводе, теперь стала вышивальщицей: из дозволенных 20 килограммов груза, что можно было взять с собой, она взяла нитки мулине. Ими потом расшивала одежду ярославским колхозницам. Они платили едой — молоком, хлебом. Нас поселили в избе столетнего деда Ивана. Бородища у него была огромная, седая, ну чисто Лев Толстой. Он с юности прял, супонил и меня научил. Работали по ночам, при лунном свете, чтобы меньше керосина жечь. Посадили мы и свой огород. А пастух недосмотрел, и стадо коров всю поросль вытоптало...

Смотрю на нее — уже улыбается, глаза добрые, чуть удивленные. Как–то сам собой разговор переходит на другое: как училась в Ярославле в педагогическом институте имени Ушинского (представительное по тем временам заведение). Как–то раз дали студентам задание — написать курсовую работу о классе. У всех как под копирку: белые банты, звонок бронзового колокольчика, бесконечные часы лекций. У нее — рассказ о студентах, тех самых, с которыми проводила день за днем, о больших и маленьких событиях, мимолётных, обычно незаметных моментах, из которых и складывается жизнь. Рассказ о жизни.

И в этом она вся. Её никогда не интересовали декорации, какими обставлена жизнь, ей важна сама ее суть, те штрихи, из которых она складывается...

Такую изображает и в стихах. Теперь, когда получает с материка весточки от бывших коллег и знакомых, давно разъехавшихся из Норильска по городам и весям, в первой строке всегда неизменное: «Милая моя поэтесса!..». А еще, говорит, писать привыкла в основном ночью — почему–то рифма выбирает именно это время.

Просто быть счастливым

–Меня здесь, в Норильске, многие знают. Я же проработала в шестой школе 36 лет, так что считайте, сколько классов выпустила... Здороваются, когда встречают. Мне вообще скучно не бывает, я, например, часто с соседями на турбазу выезжаю, на лыжах катаюсь. Кукушкины, мои соседи, — замечательные люди, они ни зимой, ни летом без меня в тундру не выходят! И вообще я человек спортивный, — смеется Тамара Николаевна.

Она вполне может дать фору молодым: пройти пару километров на лыжах для нее проще простого, не говоря уже о том, что путь по Ленинскому обязательно пешком (ну, разве что в метели даёт себе послабление). Озорно сверкает глазами: «Я же на турбазу не за шашлыками езжу, а на лыжах покататься! Меня еле уговаривают присесть, чтобы чашку чая выпить. А как варежки чуть просохнут — снова на лыжню!».

Слава богу, я не угадала. Она не несчастная одинокая пенсионерка. Тамара Николаевна Шукалова из породы людей, которые точно знают, что, если хочешь быть счастливым, просто будь им. Многие на ее месте начали бы жаловаться на маленькую пенсию, бумажную волокиту в официальных инстанциях, да мало ли что еще... А она только тряхнула завитыми кудрями (а как же, женщина и в 80 лет — женщина!): «А я в мае в отпуск собираюсь. Год уже не была, так что можно, наверное, себе позволить?».

Да только ехать ей в общем–то некуда. Билеты в Сочи и обратно она как блокадница получила в подарок от авиакомпании S7. А вот место в санаторий не выбить: в официальных органах объяснили, что ей положено отдыхать только в пределах Красноярского края. Вот такая она, забота о «дорогих ветеранах»...

Перед тем как уйти, Тамара Николаевна остановилась на минутку, внимательно посмотрела на меня, обняла: «А я–то боялась, что задерживаю вас. Спасибо, что выслушали».

Татьяна ЗАЧУПЕЙКО.

Фото из личного архива Тамары Шукаловой.

20 апреля 2007г. в 17:00
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.