МАУ ИЦ «Норильские новости»

“Заполярье”: обогрели, обобрали...

“Заполярье”: обогрели, обобрали...

Долгожданный день наступил у Натальи, работницы НПОПАТ, 19 сентября. Именно в этот день она отправлялась в солнечный отпуск. Это теперь она сидит без денег, в отвратительном настроении, собирая унизительные справки и чувствуя себя хуже некуда. Тогда же, в середине сентября, путевка в “Заполярье”, выданная ей и дочке, казалась очертанием сбывшейся мечты, безоблачным счастьем...

Первая, сравнительно легкая по степени тяжести неприятность, началась тогда, когда в самолете Башкирских авиалиний пассажирам из Норильска отказались принести горячее — сущий пустяк по сравнению с предстоящим. В Адлере обладателей желанных путевок встретил автобус из санатория “Заполярье” — что ж, кое–какая компенсация. Я бы даже назвала это авансом, так как следующим “фу” в этой неприятной истории оказалось то, что когда Наталья и ее спутники зашли в приёмный покой санатория, им просто–напросто сказали: “Мест нет” и посоветовали идти снимать жилье. На это наша героиня позволила себе заметить лишь следующее: “Скажите, пожалуйста, а для чего тогда мы у себя на предприятии оформляем путевки? Разве оформление и проживание в номере не входит в ее стоимость?”. Вряд ли кто–то собирался вступать с Натальей в диалог...

Лишь только после того, как Наташа сказала, что у нее ребенок–инвалид, за стойкой в холле началось некоторое движение. Через некоторое время их с дочкой поселили в так называемый временный номер. “Номером” оказался массажный кабинет без удобств в череде ему подобных на верхнем этаже первого корпуса. Балконные двери “апартаментов” не запирались — шпингалеты были варварским образом сбиты. Вместе с ними тут же поселили еще одну женщину с ребенком, тоже на одну ночь.

— Швейцар сказала, чтобы мы оставили самолетные сумки с вещами у нее, а с собой взяли только самое необходимое — деньги и документы. — Наташа до сих пор, спустя полтора месяца, не может прийти в себя и очень волнуется, рассказывая о своих хождениях по мукам. — Конечно, с дороги, обрадовавшись, что нам дали хоть какой–то ночлег, мы расположились в “массажке” и через какое–то время уснули как убитые.

ЮЮЮ

Между тем, кто–то не преминул этим воспользоваться. Впрочем, здесь лучше опять предоставить слово самой рассказчице.

— Когда проснулись утром, то пришли в ужас. Туалетная комната оказалась просто в вопиющем состоянии — унитаз вдребезги и кромешного черного цвета от грязи, вокруг валяется что–то рваное, растерзанное, сожженное, и все клоками... Мы не сразу поняли, что произошло, и даже успели испугаться: вдруг нас обвинят в содеянном безобразии и вычтут за это деньги? Естественно, сразу побежали сообщить вахтеру корпуса о происшедшем, вахтер взяла охранника, и все поднялись к нам. Во время второго, совместного “осмотра”, до меня дошло, что непонятные гнутые железки — это остатки от моей новой сумочки, только недавно купленной... В ней было то, что я оставила при себе, то есть самое ценное — деньги, документы, золото, сотовый, билеты до Сочи и обратно, путевка с расселением. Естественно, был шок. Как полагается, вызвали милицию. Та возбудила уголовное дело, в котором, по моему мнению, суть произошедшего была изложена неверно. В деле указали, что все произошло путем свободного доступа — ночью, пока мы спали. Неужели за то, что у них в учреждении не работают дверные замки, должны отвечать мы, невинные люди? Милиционеры сделали все, как полагается, в том числе сняли отпечатки даже с тех вещей, которых у меня никогда не было. Позже в унитазе нашлись остатки сгоревших документов, медицинских полисов и крупицы всего остального — того, что грабителю не понадобилось. Итак, в первый день своего отпуска я оказалась у разбитого корыта — без средства связи (моего сотового), золотого браслета, который везла сестре в подарок и кучи жизненно важных документов. Наличными у меня было 10 тысяч плюс чужие деньги, которые я везла знакомым для приобретения билетов. Слава богу, остальные мои средства были на карте Сбербанка. Ее тоже украли, но ее хотя бы можно восстановить... В общем, я осталась без документов и без денег с маленьким ребенком на руках, которому не объяснишь, что у мамы нет денег. Но это не главное. Главное то, что люди докатились до такой низости — грабить людей. Первый раз я прочувствовала это на себе.

Вместо того, чтоб весело и беззаботно отдыхать и ловить последние лучики солнца, Наталья весь отпуск буквально не выходила из милиции. Ведь ей надо было постоянно что–то подписывать в никому уже, по всей видимости, не нужных протоколах. А еще ей нужно было как–то возвращаться в Норильск. Спустя двадцать дней ей выдали справку, с которой можно было лететь домой.

До сих пор продолжается ее “замечательный” отпуск в виде восстановления документов, беготни по всевозможным инстанциям, которые, по ее заверениям, “плевать на нас хотели”. Кого по большому счету волнуют чужие проблемы? Наталья влезла в долги, она одновременно восстанавливает паспорт, удостоверение по инвалидности дочери. Карточку Сбербанка не активируешь, пока нет паспорта, дочку не положишь на обследование, пока нет свидетельства и полиса: замкнутый круг.

– Это конечно, мои трудности, они пали на мои плечи и возможно, мало кого затронет моя проблема, — говорит Наталья напоследок, — но я посчитала своим долгом предупредить норильчан, которые собираются в ближайшее время посетить “замечательный” санаторий “Заполярье”. Люди, БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ: санаторий, которому мы так долго доверяли, сегодня может запросто оставить человека ни с чем...

Марина КАЛИНИНА.

5 ноября 2004г. в 16:00
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.