МАУ ИЦ «Норильские новости»

Замечательный сосед

Замечательный сосед

Замечательный сосед

Недавно бывший сотрудник уголовного розыска, а ныне юрист страховой компании Александр ХАЗОВ предотвратил двойное убийство. Он согласился встретиться с журналистом «Заполярной правды».

Александру Хазову вручают благодарственное письмо
Александру Хазову вручают благодарственное письмо

14 августа Александр Хазов, вернувшись накануне из отпуска, смотрел дома телевизор. Внезапно с площадки раздались крики о помощи, Хазов выскочил за дверь и увидел двоих своих соседей, Егора и Яну, в луже крови. Над ними стоял парень с ножом. Мгновенно оценив ситуацию, бывший оперативник схватил преступника, затащил к себе в квартиру, усадил на стул, позвонил в дежурную часть УВД. Помощь подоспела вовремя, обоих пострадавших удалось спасти, ребят уже выписали из больницы. Оказалось, что нападавший, одетый в маску и вооруженный двумя ножами, — друг детства Егора. Накануне шумная компания друзей отмечала его день рождения, Егор и пригласил на праздник закадычного друга. Там 22—летний парень услышал, что молодая пара планирует покупать в свою новую квартиру мебель и подкопила для этого неплохую сумму денег.

Недолго думая, он решился на ограбление: надел на голову чулок, взял с собой комплект чистой одежды и два ножа. Парень рассчитывал, что на украденные деньги сможет выкупить вещи, которые ему пришлось заложить в ломбарде. Вместо этого, по предварительным оценкам, ему грозят не меньше десяти лет тюремного заключения.
Александр Хазов награжден благодарственным письмом за самоотверженность, стойкую гражданскую позицию и оказанную помощь в задержании подозреваемого, совершившего тяжкое преступление.

Во время беседы Александр все время настаивал на том, что ничего выдающегося в своем поступке не видит. В бытность милиционером ему часто приходилось попадать и в более опасные ситуации. Об этом и пошла речь.
— Александр, расскажите, как вы оказались в Норильске?
– Сюда меня привезли родители из Нижнего Новгорода, мне тогда всего 10 лет исполнилось. В то время «Надежду» только построили, папа пошел работать в плавильный цех, ремонтировал оборудование. Через год перевез и нас с мамой. Так мы поселились в Кайеркане. Потом была армия. Служил я в Братске, в ВДВ. Когда вернулся в Кайеркан, поступило предложение стать участковым. Со временем перешел в уголовный розыск, заочно окончил Высшую школу милиции в Красноярске. В общей сложности около 12 лет проработал в органах. Пока служил участковым, все время приходилось выезжать на семейные скандалы: ножи, топоры. Один раз даже хотел применить оружие...
— Всего раз? За все 12 лет службы?
– В тире на тренировках, конечно, стреляли, а так, слава богу, не пришлось. Хотя всякого за эти годы повидал. Негативные впечатления в первую очередь остались с выездов на убийство. Приезжали, осматривали место происшествия, затем шел процесс установления очевидцев, деталей. Практически все такие случаи я помню, как будто это было вчера. Городок у нас, конечно, относительно спокойный, но время от времени приходилось расследовать подобные злодеяния, особенно в лихие 90–е.
А в 2004–м я ушел на пенсию. Почему? Наработался, наверное.
— Часто вас награждали, поощряли?
– Да, и письма есть благодарственные, вся трудовая исписана — места нет, медаль за 10 лет безупречной службы получил.
Сейчас работаю юристом. Спасибо Высшей школе милиции за юридическое образование. Теперь на мне всевозможная судебная деятельность, урегулирование страховых случаев.
— Не скучно было переходить к бумажной работе?
– Поначалу было, конечно, скучно, но потом... Наверное, возраст дает о себе знать, но того куража, как раньше, уже нет: чтобы работать сутками, ни о чем другом не думать. В том числе и о семье — не срослось, не сложилось. В нашей работе обычное дело: звонок посреди ночи на вызов, ушел, вернулся в лучшем случае через три дня. Какая тут семья?!
Но мне нравилась такая жизнь, команда у нас сформировалась хорошая. С особенной теплотой и уважением вспоминаю начальника нашего отдела Игоря Чарыевича Атаниязова, он сейчас в администрацию перешел. Прекрасно справлялся с должностью руководителя отдела уголовного розыска.
Через какое–то время я почувствовал, что выработался, устал. Да и времена изменились, многие сослуживцы уволились, разъехались кто куда. И сам я планирую, как появится возможность, вернуться в Новгород к родителям. Тридцать лет ведь уже здесь, даже в ссылку на столько не отправляют!
— Что теперь делаете в свободное время, его ведь, наверное, теперь значительно больше?
– Ничего подобного. Я, наверное, трудоголик. Если что–то на работе не успеваю — дома доделываю, и так происходит постоянно. Но вот, наконец, собрался с друзьями на Ламу, там домик, банька, рыбу половим, грибов пособираем...
— Часто вспоминаете службу в милиции? Былые геройства?
– Ну какие геройства — это же работа! Вон обрезы изымали, было дело два или три раза. Задерживаешь человека по подозрению, осматриваешь квартиру — и где–нибудь под ковром обрез.
Или вот, давно это было, я еще участковым работал. Муж приревновал супругу, что–то там заподозрил, переделал ракетницу в пистолет, который стрелял охотничьими патронами. Несколько часов просидел у нее под дверью, поджидая соперника. Уже не помню, как я там оказался, удалось отобрать пистолет, за малым только не пристрелили меня. Это ведь служба такая — там не надо бояться, надо работать. Поначалу особенно был такой, знаете, мальчишеский интерес, приподнятость, кураж — неужели я не сделаю, неужели не раскрою...
— Есть ли случаи, к которым вы до сих пор мысленно возвращаетесь и думаете, что можно было бы сделать тогда?
– Да, бывает заново оцениваешь ситуацию. Не могу подробно рассказывать, многое до сих пор в работе. Иной раз вспомнится какая–то деталь, зацепишься, мысленно прокручиваешь в голове — а ведь можно было все по–другому повернуть. Вспомню что–нибудь, звоню коллегам, обсуждаю. Как бы то ни было, мы до сих пор общаемся. Кто–то таксистом работает, кто–то, как я, юристом. Частенько вспоминаем былые времена. А молодые опера всегда не прочь послушать. Первые лет пять после ухода на пенсию мне постоянно звонили из отдела: «Помнишь тот случай? Ну–ка, вспоминай! Расскажи, как там было?» — и приходилось терпеливо пересказывать.
— Никогда не испытывали страха перед людьми, которые попали в тюрьму по итогам ваших расследований?
– Я вам больше скажу, встречаю их частенько на улице, здороваемся, поболтать можем. Некоторые говорят, надо было их раньше посадить, глядишь, и вышел бы раньше, нормальным человеком стал. Они меня сами иной раз находят, не знаю, где и телефон берут! Звонят: «Здравствуйте, Александр Николаевич, это я, такой–то, освободился». Недавно позвонил один: «Дайте денег, пожалуйста, медкомиссию пройти. На работу я устраиваюсь». Одолжил ему, сколько нужно, мол, с первой зарплаты отдашь. Отдал.
— То есть, по сути, со службой вы до конца не расстались?
– Понимаете, от нее просто так не избавишься, нельзя просто повернуть выключатель и забыть, включив уже другой мир. Каждый год в День уголовного розыска мы все собираемся, вспоминаем былое, друзей. Эта работа связана с людскими судьбами, жизнями. Просто так этого не выкинешь из головы, не перечеркнешь.
Дарья СТРЕЛЬНИКОВА.
Фото Владимира МАКУШКИНА и Александра ВАКУЛЕНКО

2 сентября 2011г. в 17:30
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.