МАУ ИЦ «Норильские новости»

Почти наверняка

Почти наверняка

Почти наверняка

Во время встречи с рабочими Заполярного филиала ОАО «ГМК «Норильский никель» председатель правительства РФ Владимир Путин ответил почти на три десятка вопросов. На какие–то серьёзно и обстоятельно, на какие–то шутя. Что мог — гарантировал, в чём сомневался — не обещал.
Почти наверняка

В первую очередь председатель объединения профсоюзных организаций «Норильского никеля» Сергей Казанцев поинтересовался: «Что хорошего и плохого нас в ближайшем будущем ждёт, после проведённого совещания с администрацией края и с руководством ОАО?».

– Хуже точно не должно быть, — задал позитивный настрой предстоящей беседе Путин.

Далее работники компании просили посодействовать в переселении норильчан на материк, беспокоились о возможном росте цен на хлеб и крупы, интересовались, что предпринимается для предотвращения лесных пожаров, которыми этим летом была охвачена центральная часть страны. В числе прочего спрашивали о субсидировании авиаперевозок, ремонте дорог, спортивных сооружений, а также конфликте акционеров «Норникеля».

Михаил Шиловский, старший мастер: – Владимир Владимирович! У меня жизнь сложилась так, что в 2008 году я был вынужден после 12–летнего отсутствия вернуться в Норильск из города Пикалёва Ленинградской области.

Владимир Путин: – Что–то вас из одного места бросает в другое...

М. Ш.: — Я родился в Пикалёве.

В. П.: — А, вот так.

М. Ш.: — После окончания института я работал в Норильске и вернулся домой. Думал, что всё, навсегда. Но в связи с известными событиями был вынужден вернуться в Норильск, а чуть позже и эвакуировать оттуда — я бы так это назвал — жену и троих детей. И они в Норильске сейчас.

Я не понаслышке знаю, как на предприятиях у господина Дерипаски относятся к простым работникам. Что для них главное — это набить свой карман, а люди — дело десятое. Меня, как и многих норильчан, беспокоит сегодняшний конфликт между основными акционерами «Норильского никеля». Как вы считаете, насколько защищены наши работники от возможных негативных последствий этого конфликта? Я надеюсь, что не будет пикалёвского сценария — надеюсь и уверен в этом. Но можем ли мы рассчитывать на поддержку правительства страны?

В. П.: — Да, конечно. Как вы видели, мы и в Пикалёве поддержали прежде всего трудовой коллектив. Но ситуации в Норильске и Пикалёве — совершенно разные. В Пикалёве единый промышленный комплекс в ходе приватизации разрезали по живому на три составляющие части, каждая из которых по отдельности эффективно существовать не может, и заложили изначально вот этот конфликт, который вылез на поверхность: каждая из этих частей хочет получше жить за счёт другой. В Норильске такого нет. Норильск сохраняется как единый производственный комплекс, здесь ничего не разрезали.

«...»

Что же касается конфликта — да, мы видим, что он есть. Я вам скажу откровенно: я сегодня его даже не обсуждал. И в соответствии с законом мы и не должны туда вмешиваться. Но я на кое–что обратил внимание. На что? Я обратил внимание на то, как были распределены дивиденды. Посмотрел на то, как они были распределены в других мировых компаниях, аналогичных «Норильскому никелю». Казахи («Казахмыс») распределили 6,6%, «Рио Тинто», по–моему, 18%, «БиЭйчПи» — 38% с чем–то. Акционеры «Норильского никеля» распределили в качестве дивидендов 50% от прибыли — самое большое распределение. Я думаю, что этого достаточно. Видите, гораздо больше, чем все остальные!

И у них идёт там спор по поводу того, сколько распределять дивидендов, куда их направлять, как компанию, кстати, развивать? Куда направлять эти дивиденды? По большому счёту эти споры в конечном итоге могут пойти не во вред, а на пользу компании, потому что вырабатывается наиболее оптимальное решение развития.

Мы сегодня с ними говорили и по поводу программы переселения, и по поводу экологических проблем, и так далее. Надо отдать должное акционерам: они не жадничали, не скупердяйничали, не спорили — все сразу согласились.

Пётр Сапельников, работник медного завода: — Владимир Владимирович, в последнее время в российских СМИ всё чаще обсуждается вопрос по поднятию пенсионного возраста. Скажите, есть ли в правительстве такие планы?

В. П.: — Нет. Разговоров по этому поводу много, связано это с демографической ситуацией в стране, с тем, что уменьшается количество тех, кто работает, увеличивается количество нетрудоспособного населения, то есть людей пенсионного возраста. Отчисления–то в социальные фонды делают те, кто работает, — их становится меньше и меньше, а тех, кто получает, — всё больше и больше.

Но всё равно я считаю, что у нас нет такой необходимости сейчас — даже ставить в повестку дня вопрос о повышении пенсионного возраста. Есть, правда, дефицит Пенсионного фонда, но мы пока в состоянии покрывать его из федерального бюджета. Доходы бюджета нам позволяют это делать. И мы пока вопрос о повышении пенсионного возраста даже не рассматриваем.

Елена Туманова, заместитель директора по персоналу — начальник ОРП рудника «Таймырский»: — Владимир Владимирович, в этом году у нас впервые молодёжь и пенсионеры смогли вылететь до Москвы по льготным тарифам. Авиакомпании получили федеральные субсидии. Будет ли продолжаться эта программа и есть ли возможность расширить список городов? Ведь наши студенты обучаются и в Красноярске, и в Новосибирске, и в Самаре, и в Санкт–Петербурге. Есть ли возможность включить другие категории граждан в эту программу, работников компании, например? Потому что нам дорога оплачивается раз в два года, а для того чтобы семье из четырёх человек в летний период просто долететь до Москвы, нужно минимум 112 тысяч рублей.

В. П.: — Это, как вы понимаете, связано с бюджетными ограничениями. Мы вынуждены всё урезать сейчас. И понятно — почему. В связи с мировым кризисом у нас тоже сократились доходы в бюджет Российской Федерации. Несмотря на то что цены на нефть, газ и металлы восстановились, доходы от этих товаров большие — но в целом за 2009 год экономика немножко сократилась и, следовательно, общие доходы бюджета тоже. Поэтому мы вынуждены урезать расходную часть.

Тем не менее мы приняли решение эту программу сохранить на уровне текущего года. В этом году мы выделили два с половиной миллиарда и в следующем году выделим столько же. Программа будет сохранена. Расширить её пока сложно.

Что касается расширения количества городов, в которые можно было бы летать по этой льготной программе, с губернатором мы сегодня говорили, и я в принципе с ним согласен. Он предложил расширить количество городов — скажем, ещё Петербург, Сочи взять, — но оставить в рамках прежнего финансирования (Норильску выделено 80 миллионов рублей.Авт. ).

Лев Кузнецов, губернатор Красноярского края: — И в Красноярск.

В. П.: — Я ему (Льву Кузнецову.Авт.) осторожно сказал и вам скажу так, аккуратненько: мы почти наверняка сделаем это. В рамках имеющегося финансирования на следующий год мы примем решение о том, что можно летать в несколько городов — кроме Москвы ещё в Петербург, Сочи и, допустим, в Красноярск.

Евгений Вагнер, начальник участка: — Я бы хотел затронуть тему недостаточного количества детских садиков. Что делается на уровне правительства для решения данной проблемы?

В. П.: — Вы знаете, как это странно ни прозвучит — я не хочу ни в коем случае никакой ответственности снимать, но детские сады — вообще дело муниципалитетов и регионов.

Как только правительство на себя берёт всё, так местные органы совершенно ничего не делают! А нужно, чтобы все функционировали, каждый нёс свою ответственность. Как говорил святой Франциск, каждый должен ежедневно мотыжить свой участок.

Но, тем не менее, проблема действительно острая для всей страны, и я считаю, что для Норильска — особенно. Потому что в 1992 году здесь, в Норильске, было 100 детских садов, а сейчас только 39. Перепрофилированы, проданы... Я не знаю, что с ними сделали. За последние пять лет вообще не построили ни одного сада — вообще ни одного! Правда, было что–то там отремонтировано, реконструировано (пять, по–моему, или два), но ни одного не было построено.

Мы сейчас договорились о том, что в самое ближайшее время такое строительство начнётся. Два детских сада построит комбинат и один построит край, ну так, для начала, для разбега.

Е. В.: — Три мало, конечно.

В. П.: — Мало, но для начала хотя бы это пусть сделают.

Е. В.: — Может, выселять тех, кто занял садики?

В. П.: — Вы знаете, я тоже «за», но если мы считаем, что живём в правовом государстве... Когда–то были совершены ошибки. Мне кажется, нельзя совершать другие ошибки, чтобы исправить прежние. Если они добросовестные приобретатели — пойди сейчас докажи, что там было что–то не так сделано, и через десять лет начни их выгонять оттуда. Они перепрофилировали, три раза продали... Вот представляете, вы на вторичном рынке купили бы какое–то помещение, а сегодня я к вам пришёл и сказал: «Ну–ка давай вали отсюда! Здесь детский сад будет», — вы бы мне сказали: «Ты чего, сбрендил, что ли? Я ж купил его. Причём купил на рынке, я третий собственник. За что меня наказывать?». Всё не так просто получается, много времени прошло — легче новые строить.

Е. В.: — А что делать матерям, которым надо выходить из декрета на работу?

В. П.: — Город Норильск — как ни печально ещё раз говорить про социалку для комбината — должны строить комбинат и край. Комбинат платил семьям, которые стоят в очередях и не имеют пока возможности отдать детей в детский сад, три с половиной тысячи, да?

Реплика из зала: — Край платил.

В. П.: — Край платил три с половиной тысячи. Потом в связи с кризисом, как мне сказал губернатор, они выплаты прекратили, оставили только для так называемых малоимущих. Но количество малоимущих в Норильске, может быть, не такое, как в некоторых других регионах Российской Федерации. Губернатор мне обещал, что в связи с тем, что кризис закончился, он вернёт эти выплаты. Давайте хотя бы это сделаем. Обещали?

Лев Кузнецов: — Да, Владимир Владимирович.

В. П.: — Ну вот, хорошо.

Е. В.: — Спасибо.

В. П.: — Губернатору спасибо.

Л. К.: — У нас избыток школ, поэтому часть групп шестилеток создаём уже при школах, для того чтобы они адаптировались к системе образования, были готовы идти в первый класс.

В. П.: — Понимаете, пока в Норильске нет 100 детских садов, как это было в 1992 году, то, что вы делали — три с половиной тысячи платили — это давало возможность семьям, может быть, как–то объединяться и решать эту проблему на частной базе при наличии этих денег. Когда их нет, тогда это трудно.

Л. К.: — Больше садов построим, Владимир Владимирович.

В. П.: — Деньги верни (смеётся. — Авт.). И стройте потом сады. Сейчас замылите их!

Л. К.: — Нет, Владимир Владимирович.

Николай Левшин, рудник «Октябрьский»: — Владимир Владимирович, вы недавно были в Хабаровске, там дорогу сделали изумительную — мы видели, как вы там на «Ладе–Калине» проехали. У нас есть автодорога федерального назначения Норильск — Дудинка. Очень бы хотелось, чтобы вы по ней проехали. Правда. Не я один, все хотели бы, чтобы вы хотя бы посмотрели на неё.

В. П.: — На чём, на танке?

Реплика из зала: — По ней ездить вообще невозможно.

Н. Л.: — Танк сядет, наверное. Хотелось бы узнать, может быть, ремонт там можно сделать какой–нибудь?

В. П.: — Я не буду вам врать: я, конечно, не помню, какие планы в отношении этой трассы. Она федеральная?

Реплика из зала: — Да, федеральная, Алыкель — Дудинка.

Лев Кузнецов: — Планы — передать краю. Хорошая идея.

В. П.: — Хорошая. Это кто придумал, Левитин? (Игорь Левитин — министр транспорта Российской Федерации. Авт.)

Л. К.: — По закону это правильная позиция. Единственное — мы настаиваем, чтобы привести её в определённое состояние, чтобы передать не убогую дорогу, а хоть чуть–чуть...

В. П.: — Сколько она километров?

Л. К.: — Около 50, но она тяжёлая такая дорога.

В. П.: — Не две с половиной тысячи, по которой я ездил, дорога «Амур». Посмотрим. Я поговорю с министром транспорта. Действительно, если по закону нужно передать в край, то нужно передавать её в должном состоянии.

Владимир Дзядзин, слесарь–ремонтник Надеждинского металлургического завода: — Владимир Владимирович, перед вашим приходом я уже спрашивал у губернатора и генерального директора о стадионе «Заполярник», который у нас четыре года назад забрали, сломали...

В. П.: — Они пообещали?..

В. Д.: — Да, они пообещали, но я хочу от вас тоже услышать коротко и ясно...

В. П.: — В конце 2011–го — в начале 2012 года обещали закончить.

В. Д.: — Это точно уже? То есть я успею ещё побегать в футбол?

В. П.: — Да, там поля положат раньше. По–моему, два футбольных поля обещали. Это мы сделаем, министерство наше сделает.

Сергей Казанцев: — Владимир Владимирович, баллотироваться думаете на следующих выборах?

В. П.: — Куда вы мне предлагаете?

С. К.: — В президенты.

В. П.: — Знаете, рано об этом говорить, рано. По–моему, мы стараемся, работаем, на мой взгляд, как минимум, удовлетворительно. Дмитрий Анатольевич работает на своём месте — работает эффективно, я считаю. Рано ещё об этом думать. Мне моя работа нравится. И знаете, я просто чувствую, что у меня получается, получается хорошо.

***

Общение рабочих с премьером длилось час с четвертью. Владимир Путин поблагодарил всех за беседу, за всё, что делается в Норильске.

За беседой наблюдала Ксения НОВИКОВА

Фото с сайта правительства РФ и Владимира МАКУШКИНА

3 сентября 2010г. в 17:45
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.