МАУ ИЦ «Норильские новости»

Юбилей

Юбилей

Юбилей

В год своего двадцатилетнего юбилея издательство «Апекс» подготовило юбилейный же, 15–й, выпуск альманаха «Неизвестный Норильск». А его, в свою очередь, презентовало на юбилейной, пятой, Красноярской ярмарке книжной культуры. О «вчера, сегодня и завтра» единственного норильского издательства нам рассказали его основатели и руководители Лариса и Станислав СТРЮЧКОВЫ.
Юбилей

Лариса Стрючкова: — Главная наша новость — участие в КРЯКК, Красноярской ярмарке книжной культуры. Мы представляем Норильск на ярмарке все пять лет, что она существует, и поэтому внезапно для себя оказались в ее ветеранах. Также второй год подряд мы не только открываем на КРЯКК стенд, но и презентуем красноярцам свои книги. В прошлом году это был альбом «Нганасаны», который заинтересовал посетителей ярмарки, нашел там своего читателя. В этом году мы решили представить наше любимое детище: альманах «Неизвестный Норильск». С трепетом мы ждали, будет ли интерес к нему. Ведь в Красноярске в свободной продаже альманаха нет, возможна лишь подписка, но чтобы заказать журнал, о нем надо хотя бы знать. Выяснилось, что тема истории Севера, истории Таймыра и Норильска интересна и в Красноярске. Теперь у нас будут новые подписчики в крае.
Лариса Стрючкова. «Апекс» в Доме быта, 1992 год
Лариса Стрючкова. «Апекс» в Доме быта, 1992 год
Некоторые свои книги мы передали в книжные магазины Красноярска. К сожалению, не можем похвастаться обратным обменом. Очень хотелось, например, привезти норильчанам новый и, видимо, последний альбом фотографа Чин–Мо–Цая, который прожил в Норильске не один десяток лет. Но, увы, фотоальбом выпущен слишком малым тиражом. Привезенным из Красноярска «уловом» стал диплом КРЯКК, врученный нам за участие в ярмарках и развитие книжного дела.
– Я так понимаю, что у вас весь год — юбилейный?
Станислав Стрючков: — Да, учитывая, что конкретную дату рождения «Апекса» назвать сложно, весь год отмечаем двадцатилетие. Малое предприятие «Апекс» было зарегистрировано 19 июля 1991 года, но еще в марте появилась редакция газеты «Решительные люди», первое наше детище. Газету организовала Лариса, она же была ее единственным сотрудником, а я — внештатником.
Чтобы понять, чем мы тогда занимались, о чем писали, надо вспомнить, что это было за время. Регистрировались мы еще как советское малое предприятие, а это значит, что соучредителем должен был быть депутат горсовета, и регистрация наша рассматривалась на заседании. В коммерческом и налоговом законодательстве — полный бардак. Мы создавались как малое предприятие широкого спектра деятельности, на всякий случай. Тогда все так делали, ведь никто не знал, что будет завтра, может, придется самолеты собирать.
Но начали с газеты. Учитывая, что мы были совместным изданием Таймырского детективного бюро и Норильской федерации боевых искусств, писали обо всем, от боев ниндзя до норильского лечебно–трудового профилактория для пьяниц. Печатали первые частные объявления, например, такого рода: «Меняю бутылку ликера на право покупки пуховика». Распространяли газету, как до революции, школьники, которые ходили по улицам и кричали: «Свежие новости!». За два дня все раскупалось, притом что тираж был 4–5 тысяч. Мы писали о том, чего не было в официальной прессе, и нас читали. Люди в те годы были очень жадны до информации, а где ее взять? Интернета не было. Например, мы печатали схему московского метро, первую карту Норильска и схему норильских коммерческих магазинов, они уходили влет. К сожалению, ничего не сохранилось, кто же знал, что это станет для нас раритетом. Может, у читателей что–то завалялось в чулане из нашей старой продукции?
– А что значит «апекс», какой смысл вы вкладывали в название фирмы?
Л. С: — На тот момент никакого. Когда нужно было придумать название, я просто открыла словарь иностранных слов и ткнула пальцем. Выпал «апекс», что в целом значит «вершина, финал». Сейчас у этого слова больше 20 узких значений, которых тогда еще не было, и большинство из них нам подходит. Вообще, я очень несерьезно относилась к созданию нашей организации, я же не знала, что она 20 лет и более просуществует. Нам тогда просто хотелось попробовать, как это. Все было настолько впервые, что оглядываешься — страшно становится. Законы и менталитет — советские, «коммерсант» — ругательное слово. Как регистрироваться, как платить налоги — никто ничего не знал, инстанции просто не были рассчитаны на то, чтобы кто–то добился положительного решения. В типовом нашем уставе было написано: «Цель создания предприятия — извлечение прибыли». И так это тогда коробило, что нам самим стыдно было.
Через некоторое время издание газеты сменилось на книготорговую деятельность. Мы стали возить в Норильск на продажу книги и журналы. Народ, что называется, дорвался. Кто–то фантастику спрашивал, кто–то детективы, кто–то журналы — женские, юмористические, эротические — все сметалось. Причем бардак был везде, и в головах тоже. То доморощенные нейролингвисты в Норильске появятся, и мы под заказ возим книги для них. Потом хиромантия полезла: «Звезды и судьбы», гороскопы уходили на ура.
Да и сам бизнес был сплошным детективом с приключениями. Если помните, в те годы инфляция росла страшными темпами, каждый месяц к ценам приписывался ноль. За книгами мы ездили в Москву, при этом, напомню, Интернета, мобильной связи, пластиковых карт и банковской сети как таковых не существовало, да что там — с грузоперевозками и грузчиками дела обстояли хуже некуда. Все возили на себе, таскали руками. Помню, я поехала в Москву за новой партией книг и журналов, все закупила, и в этот момент — очередной скачок цен. Мне не хватало денег не то что на перевозку груза, даже на билет. Я посреди Москвы с кучей журналов... Что делать? Пошла в метро торговать. Взяла самое ходовое: эротический журнал, еще что–то, спустилась на первую же станцию. За два часа наторговала и на дорогу, и на перевозку груза. Теперь в это не верится, но это было.
– Сейчас в Норильске – сети книжных магазинов и киосков, а где продавали книги двадцать лет назад?
С. С.: — У нас была маленькая комната в Доме быта, на шестом
Станислав Стрючков
Станислав Стрючков
этаже, лифт сломан. Но, не поверите, толпа к нам шла такая, что приходилось регулировать поток покупателей, чтобы больше десяти человек не набивались. Рядом с нами находились ювелиры, от них к нам перепадала часть клиентов — бандитов лихих 90–х. Помню, был у нас такой постоянный клиент, все время покупал зеленые книги, в прямом смысле — издания в зеленых обложках. Он библиотеку себе собирал, чтобы зеленые с золотом корешки стояли в «стенке». Большой был эстет. Причем книги, видимо, не читал, но любил, чтобы ему их сюжеты пересказывали. Послушает и говорит: «Хорошая книга, жалко, что не зеленая».
– А рэкет был? Приходилось «дань» платить?
С. С.: — Конечно. Например, аэропорт «Внуково» был под «солнцевскими», чтобы отправить груз, нужно было им заплатить. Но с нас–то что было брать, с книжников– лохов. Мы пытались им взятки книгами давать, выберем альбом покрасивее: «Мужики, отправьте груз побыстрее». Они так кривились: «Что возьмёшь с убогих».
Еще и грузовых рейсов в те годы не было. Коммерсанты свой товар перевозили на обычных пассажирских самолетах, в багажных отделениях. Так все и шло, пока однажды перегруженный норильский борт на взлете не чиркнул пузом по полосе. Чуть не разбился самолет, и эту «багажную лавочку» прикрыли, никакие грузы не брали, кроме чемоданов пассажиров.
Л. С.: — А я в это время как раз застряла в Москве с шестью тоннами книг. Что делать? К начальникам идти бесполезно, пошла плакаться к грузчикам в аэропорту, может, пожалеют. Те пьют шампанское, закусывают апельсинами, усадили и меня. Я им плачусь: «Мне бы отправить книжки людишкам и детишкам. Вот тут детские — «Барон Мюнхгаузен». И так я им, видимо, надоела со своими книгами, что они предложили отправить мой груз в Хатангу, дескать, там же рядом. Мужик бы никогда на такую авантюру не согласился, а мне, женщине, куда деваться, думаю, прорвемся. Прилетаю в Хатангу и там узнаю, что в Норильск летают только ЯК–40 и берут туда 240 килограммов груза, из них 200 килограммов — почта. Я в уме поделила свои шесть тонн на 40 кило и поняла, что жить мне теперь тут. Но везение и случай, похоже, всегда сопутствовали «Апексу». Так совпало, что из Хатанги в Норильск тогда возвращались два «Антея», гигантских самолета, которые возили железобетонные плиты для строительства хатангской больницы. Единственный раз в истории они прилетали в Норильск. Что делать, пошла опять на поклон: «Дяденьки, книжки, шесть тонн...».
С. С. — А я в Норильске получал этот груз. Гигантская авиаматка все поле в Алыкеле заняла, заехали в ее гулкую пустоту: там стоит «Катерпиллер», две «Волги» и в углу — наша «коробочка» с книгами еле видна.
– Прошло двадцать лет, что изменилось? Что у «Апекса» впереди?
С. С. — Что изменилось? Все и ничего. Стало, конечно, больше порядка, пена схлынула, страна успокоилась. Бизнес теперь — не новость и не преступление. Стало удобнее и быстрее работать, можно не летать в Москву, а все заказывать и оплачивать по Интернету.
Сейчас мы холдинг, конгломерат, хотя Лариса не любит эти слова, сообщество направлений. «Апекс» — это книготорговля, книгоиздательство, редакция журнала «Неизвестный Норильск», плюс наши исторические исследования. Мы растем дальше, и у нас еще будут поводы для праздников. Есть и перспективы, например, думаем заняться экскурсиями по городу. Опять же, тут не прибыль первична, а просто – люди в Норильск едут, а показать его некому.
Оглядываясь назад, понимаешь, что минувшие двадцать лет — это целая эпоха, кардинально изменившая страну и нас. И теперь нам интересно, что же будет в следующие двадцать лет.
Беседовала Светлана ГУНИНА
Фото из архива издательства «Апекс»

25 ноября 2011г. в 16:45
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.