МАУ ИЦ «Норильские новости»

Мы всё ещё в ответе

Мы всё ещё в ответе

Мы всё ещё в ответе

О каждой из премьер Заполярного театра можно справедливо сказать «необычная». Но, пожалуй, не было ещё в Норильске премьеры, в которой бы так причудливо переплелись мотивы русской классической драматургии, русской современной прозы и самого что ни на есть западноевропейского мюзикла. Сегодня, в Международный день театра, самое время рассказать о том новом, что предложит Норильский Заполярный публике уже завтра.
Мы всё ещё в ответе


Николай Жегин, один из ведущих российских театральных критиков, побывавший в этом сезоне на спектаклях норильского театра:

— Сегодня театральным процессом, вообще говоря, у нас в стране почти никто не интересуется. А вот раньше, в советские времена, а я около трёх десятилетий проработал в журнале «Театр», мы регулярно делали материал по итогам сезона. Чтобы всё–таки посмотреть, куда мы идём.

Чтобы определить, куда в нынешнем сезоне идёт Норильский Заполярный театр, достаточно вчитаться в программку завтрашней премьеры. «Константин Сергиенко. Людмила и Александр Чутко. «Собаки» — «Прощай, овраг». Это наводит на определённые мысли. Например, о том, что в этом спектакле непременно будет противостояние двух миров — благополучного и вытесненного на задворки цивилизации. О том, что бродячие собаки из повести Константина Сергиенко «До свидания, овраг» наверняка перекликаются с бездомными людьми из пьесы Горького «На дне». А это уже, как ни крути, обращение к фундаментальным философским проблемам. Однако размышлять о вечном можно по–разному. В Норильском Заполярном, очевидно, эти рассуждения будут не без задоринки и даже соблазнительности. Потому что в «Собаках» заняты сплошь молодые актёры и... актрисы.

В ходе работы над спектаклем было даже решено сменить одну мужскую роль на женскую (в ней занята Варвара Бабаянц) — для большего колорита, с одной стороны, но и для большей обнажённости проблем, над которыми бьётся собачья стая, — с другой. Каждый пёс воплощает характер. Нет, даже так — Характер. Кто–то будет воевать за репутацию. Кто–то — горевать о былом хорошем в жизни. Кто–то на собственной шкуре узнает, какова людская жестокость. Кто–то попытается сохранить веру в людей. Кто–то добровольно откажется от сытости на роскошной японской подушке. И, кстати, этот «кто–то» вовсе не пёс, а кот.

«Стоп–стоп. Как это кот?» — скажете вы и будете абсолютно правы в своём удивлении. Но недаром в самом начале я намекнула на некий западноевропейский мюзикл. Теперь можно раскрыть секрет. Речь о «Кошках» Э. Л. Уэббера — знаменитейшем мюзикле по мотивам сборника детских стихов Т. С. Эллиота «Популярная наука о кошках, написанная старым опоссумом». Некогда, и совершенно напрасно, Константина Сергиенко даже обвиняли в плагиате — мол, его собаки — это кошки, которым просто укоротили хвосты и отбили охоту лазать по крышам. Однако, во–первых, повесть Сергиенко появилась раньше «Кошек». А во–вторых, текст российского писателя и драматурга — жёсткий, очень плотный, не допускающий «красивостей» на сцене. И в этом духе аскетизма выдержан весь спектакль. Но всё же, всё же... Вальяжная пластика движений и вкрадчивые интонации Александра Глушкова в роли кота Ямомото — как будто из другого, сверкающего иностранной рекламой и слишком частыми иностранными улыбками, мира.

«До свидания, овраг» — очень популярная для инсценировки повесть. Впервые поставлена на сцене московского театра «У Никитских ворот» Марком Розовским, которому было, вероятно, проще работать над этим спектаклем и потому, что он был первым (сравнивать не с кем), и потому, что дружил с автором повести (можно было обращаться за консультациями к первоисточнику).

Для норильской команды: режиссёра Анатолия Кошелева, художника Михаила Мокрова и балетмейстера Николая Реутова — «Собаки» стали проверкой на прочность традиций Норильского Заполярного и восприимчивости театра к новому.

В «Собаках» — «Прощай, овраг» Анатолий Кошелев впервые работает с санкт–петербургским балетмейстером, и без преувеличения можно сказать, что Николай Реутов с помощью танца добавил броских красок в сумрачную палитру спектакля. Впервые норильский зритель сталкивается и со столь сдержанной сценографией Михаила Мокрова. Голубовато–серые тона заставляют вспомнить о глухих колодцах питерских дворов, хотя на сцене вообще–то изображается свалка. А и хорошо, что нет натурализма. Наверняка многие, посмотрев спектакль, со мной согласятся: условные декорации оставляют поле для фантазии, ведь у каждого собственное представление о самом тягостном, с чем можно столкнуться в жизни.

Так куда идёт Норильский Заполярный? Ещё раз внимание к программке премьеры. «Собаки» — спектакль–притча. Это значит, что при всей простоте формы содержание заставит крепко задуматься. Уже цитировавшийся мною театральный критик Николай Жегин, говоря об удачах Норильского Заполярного, не скупился на комплименты спектаклю «Два вечера в весёлом доме» — роскошно поставленному, но очень тяжёлому для восприятия. Спектаклю, с которого, было дело, зрители уходили. Ну, не привыкли мы тревожиться — нам бы забыться. Но хотим того или нет, мы в ответе за тех, кого приручили. Всё ещё в ответе. А приручить мы успели едва ли не целый мир.

Татьяна КРАМАРЕВА.

27 марта 2008г. в 16:15
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.