МАУ ИЦ «Норильские новости»

Продолжение следует

Продолжение следует

Продолжение следует

Несмотря на мороз, на третью конференцию исследователей территории (КИТ) пришли свыше 250 человек. Было б теплее — подъехали бы жители Талнаха и Кайеркана, и в конференц–зале норильского музея пришлось бы ставить дополнительные стулья.

Конференция началась в воскресенье в 11 часов, а закончилась уже ближе к семи часам вечера. Рамки 10–минутного доклада, выделенные организаторами, часто были докладчикам тесны. Они плотно насыщали информацией отведенное время, и все равно — многое оставалось за пределами регламента. Разные темы, одна интереснее другой, сменяли друг друга. Участники рассказывали о том, что не дает покоя им самим, и слушатели активно задавали им вопросы. Чужих на КИТе не было, только неравнодушные, а значит — свои. Ну а те, кто хотел прийти, но поленился или не смог, наверняка много потеряли и прослушали.
Николай Тимченко
Николай Тимченко
28 разных тем — это и отчеты о совершенных спортивных путешествиях по Таймыру, и рассказы о педагогических краеведческих проектах, и презентации новых книг и каталогов (новинки представляли гости из Дудинки). Но больше всего было рассказов об исследованиях по неохватной истории Норильска, проведенных на бескрайних просторах Таймыра. Организаторы КИТа — издательство «Апекс» при поддержке Музея истории освоения и развития НПР — обещали собрать тексты всех докладов под единой обложкой. Правда, там не будет особой изюминки КИТа: споров об услышанном, закулисных разговоров и интересных знакомств. Не будет там и настоящего гвоздя третьей конференции — фильма Николая Тимченко «Вокруг Таймыра».
Ленту показали уже под занавес конференции, но, как бы ни устали и ни проголодались зрители, никто не ушел. Фильм был снят в 1976 году. Тогда Николай Тимченко и пятеро его спутников на легких дюралевых лодках прошли реками и озерами Таймыра, вышли к восточному побережью и, обогнув полуостров, финишировали в Диксоне. Зрители, захваченные приключениями почти 40–летней давности, удивлялись силе и смелости героев: «Богатыри! Вот, учись, как нужно путешествовать!» После показа на сцену потребовали автора и забросали его вопросами. Как на древнюю кинокамеру с 16–миллиметровой пленкой (без современных цифровых технологий) сняли такое качественное видео? Николай Тимченко пытался скромничать. Фразой дня стало сказанное с улыбкой: «Купили досок, сколотили кораблик и пошли». Самое удивительное, что так все и было, так начиналось одно из его путешествий. Организаторы конференции решили, что для просмотра остальных фильмов Тимченко и беседы с ним в музее будет организована отдельная встреча.
Об этой и других самых интересных темах «Заполярка» еще расскажет, а пока обратимся к одной из услышанных нами историй. КИТ продолжается!

Из доклада Ларисы Стрючковой «Гранит и мрамор»

«...Одна из самых распространенных легенд на нашей территории — легенда не то о гранитном, не то о мраморном памятнике, поставленном на могиле не то графа, не то его жены на одном из берегов одной из славных таймырских рек. Мы не раз убеждалась — к легендам и слухам Таймыра стоит прислушиваться, в них практически всегда заключена доля правды.
В район Вершининских створов (это в сорока километрах от Дудинки вверх по течению Енисея) заядлый рыбак Олег Целуйко ездит ни много ни мало — 15 лет. А вот памятник на могиле, вернее — памятники, целый погост, он увидел абсолютно случайно только позапрошлым летом — углубившись в лесотундру от берега Енисея всего на несколько сотен метров.
То, что найденные могилы очень старые, было видно невооруженным глазом: посеревшие от солнца и ветра деревянные православные кресты, такой же выбеленный ветрами забор и — по центру — гранитный (!) и мраморный (!) памятники со стершимися от времени надписями. На одном из них все же можно прочитать «Василий Георгиевич Власьев», а на втором разобрать год смерти — «1903» и слова «жена урядника».
Олег обратился в телекомпанию «Северный город», и к неизвестному погосту на Енисее отправилась целая экспедиция: там были и журналисты, и краеведы, и священник, а еще дудинские и норильские казаки, считающие себя наследниками Енисейского казачьего войска (на казачество указывало слово «урядник» на памятнике). Первое, что помогло нам определиться на местности, это, конечно же, дожившее до сегодняшнего дня понятие «Вершининские створы» — этот навигационный ориентир, опознавательный знак для обозначения фарватера Енисея, сохранил в себе, как мы выяснили позже, название старого станка. Этимология названия станка–зимовья происходит от того, что он находился на вершине, на высоком правом берегу Енисея. Развалины бывших строений мы нашли как раз на одном из береговых холмов недалеко от погоста. Люди обжили Вершининское очень давно, минимум двести лет назад. А сведения из архивов, по времени близкие к дате на памятнике, позволили нам узнать точное количество жителей. Согласно описанию Енисейского округа, изданному Императорским русским географическим обществом в 1865 году, вершининцев было 22 человека — 13 мужчин и 9 женщин.
Итак, гранитный и мраморный памятники. Расшифровка надписи на гранитном надгробии потребовала от нас немалого труда — от времени края выбитых букв стерлись, и нам пришлось постепенно, буква за буквой, читать все три текста на гранях гранитного памятника. На одной стороне — молитва, на двух других практически исчерпывающая информация о покойной: «Под сим памятником покоится прах жены урядника Василия Георгиевича Власьева Евфросинии Ивановны Власьевой... Отроду 37 лет 3 месяцев. Была в замужестве 12 лет 3 месяца 17 дней. Скончалась 11 июня 1903 года». Судя по тому, что надписи были сделаны от имени мужа и детей, Василий Георгиевич пережил свою супругу, а дети осиротели... К сожалению, на мраморном памятнике, под которым похоронен сам Власьев, никаких дат не значилось. Остается только гадать, намного ли пережил урядник свою вторую половину, был ли это несчастный случай, болезнь или закономерная смерть от старости...
Итак, урядник. Даже это слово, четкое и ясное, выбитое на камне, не давало однозначного ответа на наши вопросы. Был ли Власьев казаком, или урядник — это полицейский чин? Наши сомнения развеяли документы, находящиеся в фондах Таймырского краеведческого музея. Судя по «Метрическим книгам Дудинской Введенской Церкви», среди казаков Туруханской станицы значились и Власьевы.
И напоследок — несколько слов об образе жизни, который вели жители станка Вершининское в XIX веке. В Дудинском участке, по неимению лошадей, подводную гоньбу жители отбывали на собаках и оленях. Подводная (от слова «подвода») гоньба — обязательство всех жителей станков по Енисею, благодаря которому осуществлялась почтовая и так называемая обывательская связь. За это каждый станок в год из казны получал 128 рублей серебром. Кроме обязательной гоньбы крестьяне и поселенцы «от Туруханска и выше» занимались пушным и рыбным промыслами, сдачей мамонтовой кости, торговали всем этим на ярмарках.
Светлана ГУНИНА
Фото Владимира МАКУШКИНА, Ирины ДАНИЛЕНКО и Ларисы СТРЮЧКОВОЙ

22 января 2013г. в 17:15
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.