МАУ ИЦ «Норильские новости»

Вся жизнь в поиске

Вся жизнь в поиске

Вся жизнь в поиске

Геолог, писатель, летописец заполярных побед и трудностей, Михаил ВАЖНОВ накануне Дня города и Дня металлурга встретился с горожанами в Талнахском филиале Музея истории освоения и развития НПР.
Вся жизнь в поиске

Монографии и книги Важнова — результат большой и кропотливой работы длиною в жизнь. Норильский музей получил от него более тысячи различных источников и документов, обнаруженных им в результате поисковых работ. Во многом благодаря Важнову Норильск узнал имена своих участников Великой Отечественной войны. На встрече в музее Михаил Яковлевич поделился впечатлениями о молодости, о книгах, о старом и современном Норильске.

ДОСЬЕ «ЗП»

Михаил Важнов — лауреат юбилейной премии горно–металлургической компании, кандидат исторических наук, ветеран труда, обладатель десятка знаков почета, медалей и почетных грамот за заслуги перед городом и комбинатом. С 1959 по 1964 год работал на различных должностях в норильской геологоразведочной экспедиции. С 1964–го — прораб в «Талнахстрое», потом — секретарь комитета комсомола на предприятии, далее — инструктор ЦК ВЛКСМ и секретарь парткома Норильского шахтопроходческого треста. Почти 20 лет — с 1975–го по 1995–й — Михаил Яковлевич преподавал в Норильском индустриальном институте, возглавляя одну из обществоведческих кафедр. В 1995 году уехал из Норильска в Москву. С того момента и по сей день представляет интересы трудовых коллективов ОАО «ГМК «Норильский никель» в профсоюзном объединении.

Личный признак Важнова

О лучших годах, проведенных в Норильске, Важнов написал 20 книг. Даже 21, если считать переиздание первой, повествующей о геологоразведке и начале освоения НПР.
— Работа занимает слишком много времени: это и сбор материала, и общение, и переписка с людьми, — поделился он с «Заполяркой». — Живу я замечательной, полной жизнью. Северной пенсии и небольшой зарплаты на профсоюзном поприще в «Норильском никеле» нам с женой вполне хватает. Дети устроены, слава богу, все хорошо.
Что называется, по старинке, свои мемуары и многочисленные труды Михаил Яковлевич пишет от руки.
— Это не то чтобы мой недостаток, — говорит он, — это мой личный признак. Я для себя давно понял: вот этот канал — от головы через руку к ручке и белому листу — не заменит никакой компьютер. Просто удивительная штука. Кто находится в деловой связи с компьютером — письма составляет, документы, обращения, — они этого никогда не почувствуют. А когда идет творческая работа, какой–то ток через этот канал проходит, и ты ощущаешь, как что–то переливается на бумагу.

В Норильск

– ...Так сложилось, что в 1959 году я оказался в этом городе. Приехал сюда в полной уверенности, что отработаю тут три года и уеду в Москву: там остались мать, родня, там на Арбате я родился... По окончании геологоразведочного института мне предлагали потрудиться где–нибудь в одной из московских организаций, но я наотрез отказался, — победило четкое желание уехать и поработать на периферии. На распределении удивленным преподавателям я об этом и заявил. Чтобы угодить москвичу, желающему хлебнуть экзотики, мне предложили Среднюю Азию, Дальний Восток, еще что–то, но я выбрал Красноярский край.
Чтобы потом вернуться в Москву, бывшему студенту стоило запастись бронью, иначе восстановить столичную прописку нашему герою вряд ли бы удалось. У членов комиссии находчивый дипломник попросил выдать ему бумагу с пометкой «Рекомендуется для работы на Крайнем Севере». Этой записи поверили: бронью Важнов обзавелся. Правда, пригодилась она ему только через 41 год, — именно столько лет он отдал заполярному городу, который полюбил сразу и всей душой.

* * *

–...Ехали из Москвы мы вместе с Юрием Кузнецовым, — потом он станет одним из первооткрывателей Талнахского месторождения. Юра учился со мной на геологическом факультете; так же, как я, он заполучил бумажку для заветной брони, и мы вместе оказались в Красноярске. Благо, буровики в тот момент требовались в геологоразведочную экспедицию. Однако меня взяли, а его почему–то — нет! Пришлось убеждать распределителей, что мы друзья, ехали вместе, деньги на двоих проедали, и теперь друг без друга никуда... Убедили.
Кажется, на пароходике «Мария Ульянова» пришлепали сюда в конце августа 1959–го. Я попал в партию Алексея Прохорова, меня почти сразу отправили за тридевять земель, а Юрка остался здесь, на буровой в районе Талнахских гор. Дальнейшая история многократно описана, но она фантастична сама по себе!

А керна нет!

— На второй год своей работы, в 1960–м году, Юрку опять взяли в маршрут под руководством Маслова в район Талнахских гор. Никто не ожидал побед и новых месторождений, это была очередная поисковая вылазка. Но когда ребята шли по нагорью, то наткнулись на обнажение, которое даже своим внешним видом вызывало как минимум интерес. Геологи взяли образцы, притащили с собой. Они–то сразу поняли, что у них под ногами месторождение более чем перспективное. Однако для начала его стоило изучить. Так что всерьез заговорили об этом открытии только в 1963 году, когда на месте сегодняшнего «Маяка» совершенно неожиданно буровая вышка вошла в многометровую толщу руд.

— Еще факт: первая буровая вышка, которую там поставили, сгорела: даже старшего мастера Виктора Никулина сняли тогда за недосмотр с должности. На время про вышку забыли. А ведь под ногами были толщи богатейшей руды! Десятки метров! Через время снова принялись вести там разведку. Бурили–бурили, а керна нет. Понять ничего не могут: идет что–то черное из скважины... Кому–то пришло в голову прекратить бурить и «пойти насухую». Подняли керн, а там сплошные столбики талнахской драгоценной руды! Получается, ребята сначала практически шли по руде, а ее буровой коронкой размалывало. Руда же непрочная сама по себе, вот ее всю водой и вымывало...

Замаливать грехи

– Знаете, когда меня попросили написать книгу об истории геологоразведки, я понял, что у меня перед геологами большой долг. Я так и написал в предисловии: приехал, поработал пять лет и ушел. И все время мне из–за этого было как–то не по себе: вроде как изменил своему предназначению, ушел из профессии. Это точило меня многие годы... Так что когда Сергей Снисар предложил мне написать книгу о норильских геологах, я подумал: вот те и способ оправдаться, грех замолить...
Правда, в первое издание закрались некоторые фактические ошибки. Вскоре вышел второй тираж с исправлениями — от геологов к нему не было ни одной претензии.
Вслед за «Норильск-геологией» вышла книга «Далекое... Близкое...», оформленная в том же стиле. Это издание тоже напрямую связано с геологоразведкой, но видится автору интереснее благодаря развернутым комментариям. Например, о том, как норильские буровики учили своему профессиональному делу азербайджанских коллег, — в первой книге всего две–три строчки. А в подробном и детальном «Далеком... Близком...» — уже целая глава, страниц двадцать.

* * *

— Последнюю книгу в этой трилогии я назвал «По вновь открывшимся обстоятельствам». Она собиралась и складывалась особенным образом, над материалами к ней я работал семь лет, пока не возникло осознание того, что все собранное стоит выложить на бумагу. И это уже совсем другая история.

Продолжение следует

Марина КУЗНЕЦОВА. Фото автора

30 июля 2013г. в 16:45
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.