МАУ ИЦ «Норильские новости»

Проблемы навырост

Проблемы навырост

Маленькие детки — маленькие бедки. Большие детки — большие бедки. Утверждение далеко не новое, но до сих пор не теряющее актуальности. Подтверждает это и начальник отдела организации работы по делам несовершеннолетних УВД города Норильска Ирина КРАВЧЕНКОВА.

– 2007 год я могу назвать очень удачным для нашего отдела, так как произошло снижение детской и подростковой преступности — с 274 до 153 преступлений, совершённых несовершеннолетними. Таким образом, снижение составило 44,2 процента. Также уменьшилось количество тяжких и особо тяжких преступлений — 46 против 70 в 2006 году. Их удельный вес составил 8,7 процента. Сократилось число грабежей — 24 против 62, и краж — 74 против 130.

К сожалению, в прошлом году нам пришлось иметь дело с убийством. 16–летний подросток, проживающий на улице Лауреатов, возвращаясь после распития пива домой, повздорил с мужчиной. В процессе ссоры несовершеннолетний нанёс мужчине несколько ножевых ранений, от которых тот скончался.

Также было зафиксировано 10 разбойных нападений. В одном случае групповой разбой совершили десятилетние подростки из Оганера.

Если в позапрошлом году в совершении преступлений принимали участие 247 несовершеннолетних, то в прошлом — 155. Несмотря на такое улучшение общей ситуации, следует отметить, что в Норильске возросло количество общественно опасных деяний, совершённых подростками до наступления того возраста, когда наступает административная и уголовная ответственность. Если в 2006 году насчитывалось 68 таких случаев, то в 2007 году их количество выросло до 71. К сожалению, большинство общественно опасных деяний было совершено подростками в возрасте до 14 лет. Поэтому можно сказать, что детская преступность молодеет и, кроме того, с каждым годом становится более жестокой, циничной. Анализ показывает, что преступления совершаются и группами, и путём предварительного сговора. Это очень нехорошая тенденция.

В то же время следует отметить, что Норильск избежал такой беды, как распространение экстремистски настроенных молодёжных группировок. Помнится, несколько лет назад в городе были ребята, подпадающие под признаки так называемых скинхедов — с соответствующей стрижкой и манерой одеваться, но и тогда они себя никак не проявляли. Сейчас ни одной подобной группировки в городе нет. В основном мы занимаемся подростками, собирающимися в компании антиобщественной направленности, в случаях, если они совершают групповое преступление или за ними числятся неоднократные правонарушения. Здесь есть смысл задуматься о том, что будет, когда дети вырастут. Таких подростков мы ставим на учёт. Причём начинаем отслеживать их действия с информации, которая поступает из учебных заведений. Хулиганство, попытки оказания давления на других детей, проявления жестокости — всё это указание на то, что следует начинать работу. Если ослабить контроль, в дальнейшем последствия могут быть более тяжкими.

Тревожит, что в 2007 году было очень много самовольных уходов несовершеннолетних — 230 против 146 в 2006–м. Это значительный рост. Обратим внимание и на то, что из дома ушли 192 ребёнка, а из государственных учреждений — 38. Казалось бы, в силу жизненной ситуации дети должны покидать как раз учреждения внесемейного воспитания: какими бы ни были родители, детей всё равно тянет к семье. Но, как показывают практика и статистика, от которых никуда не уйдёшь, дети чаще уходят из дома. Мы с коллегами обсуждали эту проблему, и я глубоко убеждена в том, что её причина — в безответственности родителей. Сегодня у нас бОльшую ответственность несут учреждения системы профилактики, нежели родители, которые уклоняются от воспитания и своим противоправным поведением или аморальным образом жизни толкают собственных детей на самовольный уход. И если бы спрос с нерадивых родителей был жёстче, то подобных фактов было бы гораздо меньше.

Пока нам удалось вернуть 227 подростков. Местонахождение трёх, ушедших в конце декабря, ещё не установлено. Это две девушки, которые систематически уходят из детского дома, и один мальчик. Мы знаем, что он жив и здоров, так как он периодически посылает SMS–сообщения, и вопрос только в том, чтобы найти его и передать родителям.

Интересно, что впервые за многие годы на территории Норильска не было зафиксировано фактов совершения несовершеннолетними преступлений, связанных с наркотиками. Но ситуация остаётся серьёзной. Активизировалась токсикомания, есть подростки, которые привлекались за употребление наркотиков. К сожалению, сейчас управление здравоохранения лишено возможности сообщать нам о детях, которые состоят там на учёте, и нам приходится самостоятельно выявлять случаи наркомании среди детей. А это достаточно сложная задача: юные наркоманы стали более грамотными, они уже не ходят по подъездам, а снимают квартиры, где могут творить всё, что им заблагорассудится. Проникнуть в такой притон и доказать факты нарушения закона не так–то просто. Поэтому основной упор мы делаем на профилактику.

Если говорить о подростковой преступности в целом, то её очень тяжело прогнозировать. Как показывает многолетний опыт, она чередуется периодами роста и снижения. Но способы повлиять на эти процессы у нас есть. Сейчас разработаны межведомственные программы взаимодействия, и каждой структуре — УВД, управлениям здравоохранения и образования, службе опеки, Центру внешкольной работы в них отведена чёткая роль. Хороший эффект даёт межведомственное взаимодействие по жестокому обращению с детьми, по лицам, вернувшимся из воспитательных колоний, по лицам, к которым применены наказания, не связанные с лишением свободы, по работе с семьями и так далее. Проблемные семьи рассматриваются на комиссии, где решается вопрос о необходимости разработки программы реабилитации. В ней конкретно определено, какая служба и чем должна заниматься. Кто–то, например, помогает родителям оформить паспорта, кто–то оказывает помощь в вопросах охраны здоровья и социальной поддержки. Всё это позволяет держать ситуацию под надёжным контролем.

В некоторых случаях мы направляем в суд дела для решения вопроса о помещении детей в Центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей. Следует понимать, что это не спецшкола, не место, где подростки несут наказание. При работе с малолетними правонарушителями часто выясняется, что они не понимают неправильности своих действий. Это прежде всего говорит о том, что родители с малых лет не привили им нормы поведения в обществе, не донесли до них прописные истины — что можно делать, а что нельзя. А в Центре работают воспитатели и специалисты–психологи, которые проводят с детьми различные беседы и тренинги, помогают им осознать ответственность за свои поступки. Уже то, что ребёнок не может пойти погулять, когда вздумается, не может заняться тем, чем хочет в данный момент, заставляет его призадуматься. И это не карательные меры, а чисто воспитательные. Мы никогда не просим, чтобы детей поместили в Центр, скажем, на 30 суток. Вовсе нет. Пусть они побудут там два–три дня. Главное, чтобы подросток понял, где проходит та черта, переступив которую, он может лишиться свободы. И если такой результат достигнут, то есть огромный шанс, что он вырастет полноценным членом общества, а не ступит на путь преступления. Вот то, чего мы добиваемся.

Владимир ШИЛОВСКИЙ.

19 января 2008г. в 17:45
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.