МАУ ИЦ «Норильские новости»

«И музыка — одна любовь...»

«И музыка — одна любовь...»

«И музыка — одна любовь...»

Солист мировой оперной сцены и норильчанин Александр Бондарчук поздравил северянок с Международным женским днём. Вместе со своими коллегами по вокальному искусству он подарил им концерт «И музыка — одна любовь...»

Солист мировой оперной сцены и наш земляк Александр БондарчукМузыка — как ощущение на кончиках пальцевЗрительницы записывали на память любимые голоса солистовФинальное выступление Александра Бондарчука, Елены Пивоваровой и Анны Бигус

Концерт в Норильске прошёл на одном дыхании. Волшебные голоса тенора Александра Бондарчука и лучших сопрано Елены Пивоваровой и Анны Бигус заполнили окружающее пространство и проникли в сердца прекрасных зрительниц разного возраста, наполнив их мелодиями мировой классики.

Александр Бондарчук говорит, что идея этого концерта родилась спонтанно, и считает, что самые лучшие задумки, как правило, приходят в голову внезапно и незапланированно. Исполнитель приехал в город навестить маму и решил, что не может оставить без внимания Норильский колледж искусств и северянок: он подарил им своё мастерство, обаяние, энергию и жизнелюбие. В прошлом выпускник Норильского музыкального училища, он последний раз был в городе в 2007 году на 40–летии колледжа искусств.

– Этот концерт стал экспромтом: в программу вошли произведения, выбранные участниками. Мне очень хотелось спеть несколько произведений, которые как нельзя лучше передают настроение весеннего праздника и потребность женщины в любви. Всегда и во все времена мужчины преклонялись перед женщиной и во имя неё совершали героические поступки, — поделился певец.

Александр признаётся, что его сегодняшнее восприятие Норильска связано с детскими ощущениями и воспоминаниями: он чувствует, что это его город и ему здесь хорошо. Снег, дома, суровая северная погода и люди остались такими же, какими были когда–то — в дни его школьной и студенческой жизни.

Родился исполнитель на Украине, а в Норильск его девятилетним привезли родители. Учился он в 22–й школе, которая со временем преобразилась в Молодёжный центр. Потом была учёба по классу фортепиано в музыкальной школе у Людмилы Мчиевой. Для мирового тенора всё могло сложиться иначе, но его заметил замечательный педагог–хоровик Виктор Мартынкин. Александр считает, что именно он выпестовал в нём вокальный талант, и вспоминает о забавном эпизоде из своей школьной юности. В 1990 году, когда ему было 11 лет, на одном из конкурсов–фестивалей, проходившем в Красноярске, он должен был исполнить «Аве Мария». Концерт проходил в преддверии чемпионата мира по футболу в Италии. После репетиции юный талант вернулся в гостиничный номер, в котором он проживал вместе с концертмейстером. Юноша увлёкся просмотром по телевизору футбольного матча между «Динамо» (Киев) и «Спартак» (Москва) и вскоре уснул крепким сном подростка. В итоге его сосед–концертмейстер не смог попасть в номер. За эту неловкость юному вокалисту не сделали даже замечания, поскольку тогда Норильск на конкурсе завоевал Гран–при. Спустя год у Александра началась мутация голоса, и Виктор Петрович посоветовал ему получить базовое музыкальное образование и поступить в музыкальное училище на фортепианную кафедру к педагогу концертмейстерского класса Леонтине Карташовой.

– Мне всегда везло с педагогами, — говорит Александр. — Они сумели привить мне любовь к музыке. Заканчивал училище уже у Игоря Дейнеко, поскольку по семейным обстоятельствам мы с родителями вынуждены были уехать на год на Украину. Я учился с замечательными людьми, например, с великим тенором Максом Аксёновым, даже был у него несколько раз в Питере. Моими однокашниками были: Андрей Блаховский, Сергей Мельников, Юлия Чмыхун, Татьяна Бойко, Ольга Шелудякова и другие прекрасные ребята. Я должен был поступать в Красноярске, но из–за переезда на Украину вскоре был зачислен в Харьковскую консерваторию и попал в класс народного артиста Николая Коваля — он бас–баритон и выдающийся исполнитель партии Бориса Годунова. Будучи студентом, я более ста раз выходил с ним на сцену и исполнял партию юродивого в опере «Борис Годунов». Это так интересно, когда твой педагог каждый месяц «умирает» у тебя на руках...

На учёбе в Австрии мне также очень повезло: я попал в класс к профессору Клаудии Рюггеберг, которая была известна не только своим преподавательским талантом, но и довольно боевым характером. Она никогда не давала себе никаких поблажек и также относилась к другим. Она учила нас, студентов, тому, что не выйти на сцену мы можем только по одной причине — если мы умерли, все остальные основания не являются уважительными. Если ты плохо себя чувствуешь, ты должен сделать тот объём работы, который позволяет тебе на сегодняшний день твоё физическое состояние. Любая работа — это движение вперёд, а любая остановка — это путь к регрессу. Собственно, поэтому я и решил здесь спеть. Я честно скажу, что очень переживал, ведь пять месяцев уже не пел и думал, что не в форме.

Последние четыре года Александр Бондарчук в основном жил в Майами, на Украине бывал наездами пару месяцев в году. Хотя фактически там его дом, он живёт у Азовского моря. Такой парадокс он объясняет тем, что в его жизни наступил момент, когда понятие «дом» в общепринятом смысле для него стало стираться. Задаваясь вопросом, где бы он хотел осесть, Александр признаётся сам себе, что на сегодняшний день он не может ответить однозначно, и добавляет: «Возможно, это внутренняя неуспокоенность, которая и движет мной. И, наверное, это не так плохо. Я всегда пел. Всё время. Мне сложно не звучать».

– Мы всё делаем ради чего–то или по каким–то очень глубоким убеждениям, — добавляет он. — При этом важно быть в мире с собой, а где я в этот момент нахожусь, наверное, не так уж и важно. Сейчас я в Норильске и в абсолютной гармонии с собой. Я пришёл в оперу в 24 года, и во мне дерзость не угасала ни на секунду. Я готов был петь всё, везде и постоянно. Но когда я начал плотно гастролировать по миру, то понял, что для того чтобы в таком режиме выходить на сцену и работать, нужно много и сил, и здоровья: практически каждый вечер у тебя спектакль, и каждый день новый город или даже страна, переезды в автобусах занимали по 12–14 часов. В гостиницу попадал в два часа ночи, к трём засыпал, а в семь утра подъём, и снова в путь. Иностранцы очень любят русскую оперу: «Борис Годунов», «Евгений Онегин», «Князь Игорь» и так далее, но сами они её исполнить не могут. Для этого нужно быть русским, должны быть наша душа и наше нутро. Чтобы всё это выдержать, необходим внутренний ресурс. А он исходит не только от физической силы, а в большей степени из состояния мира и гармонии в душе, когда ты сам с собой в ладу.

В багаже Александра Бондарчука более 500 спектаклей на мировых площадках — от Европы до Америки. При таком напряжённом графике ему особенно важно сохранить чувство творческой новизны. Для него музыка — как ощущение на кончиках пальцев, эмоции, энергия, трепет души. Он считает, что без мира с собой и постоянного бурлящего запроса нельзя развиваться в творчестве, нельзя что–то создавать. Невозможно творить и без новых впечатлений от поездок, прогулок и общения с людьми. Открытием для певца стала Волга, которую он как будто заново увидел во время поездок по «Золотому кольцу». Но самые неизгладимые впечатления оставил остров–град Свияжск: он стоит на пересечении трёх рек — Щуки, Свияги и Волги.

Жизнь в Майами до пандемии знаменитого тенора проходила между оперными спектаклями. В особом почёте у американцев «Травиата», в которой Бондарчук исполняет партию Альфреда. Пока въезд в Америку закрыт из–за коронавируса, связь поддерживается только с агентами. Но его это не огорчает. Александр считает, что пандемия научила людей терпению, дала умение принимать ситуацию, жить в моменте и ценить его. И это важно.

13 марта в 17:00
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.