МАУ ИЦ «Норильские новости»

Слово о поэте

Слово о поэте

Слово о поэте

Поэты Норильска сильно отличаются от своих собратьев по перу из любой другой части нашей страны хотя бы тем, что, терпя все погодные и природные тяготы Заполярья, они не костенеют душой и не взывают к небесам.

Галина Константиновна ЛетягинаПрощание с Норильском. Слово берёт Олег Бударгин Литературный вечер в библиотеке на Солнечном пр. 2

    Галина Константиновна Назарова (Летягина — литературный псевдоним), норильская поэтесса, член Союза писателей СССР, член Союза российских писателей, член Красноярской писательской организации, член Союза журналистов России, руководила норильским городским литературным объединением «Надежда» с 1995 по 1997 год.

    Родилась 20 марта 1951 года в селе Игинка Ачинского района Красноярского края. С 1958 по 2002 год жила и работала в городе Норильске. Более тридцати лет проработала на Норильском комбинате. Была признана в Норильске «Женщиной года — 2001». С сентября 2002 года проживала в городе Куровское Московской области.

    Печаталась в альманахах «Енисей», «Полярное сияние», «Сура», в сборниках Союза российских писателей «Современная поэзия», в книге стихов норильских поэтов «Гнездовье вьюг», в антологии поэзии Красноярья «На поэтическом меридиане», автор книг стихов «Акварели, нарисованные дождём» (1997 г.), «Белая пристань» (2000 г.), «У весны на примете» (2013 г.).

Поэты, душой прикипевшие к Норильску, всегда умели находить слова и рифмы, передающие все краски и всё очарование сурового Севера. Но время идёт... Поэты уходят. Ушли Эдуард Нонин, Юрий Бариев, Марк Хасдан, Татьяна Переверзева, Сергей Лузан. На днях пришло скорбное сообщение из Куровского — не стало Галины Летягиной. Из всех норильских творцов она, пожалуй, была самой женственной. Нежностью и светлой грустью по несбыточному проникнута каждая строка:

А после маленьких снегов

пойдут снега большие.

Я от тебя сбегу легко, хоть

раньше не спешила.

Я от тебя сбегу туда, где синий

лес в тумане,

и где меня ты никогда

не встретишь, не обманешь.

Где я ничья, как снег ничей,

свободная как ветер...

Её первый сборник стихов — «Акварели, нарисованные дождём» — сразу же разлетелся по Норильску. Наверное, потому, что каждый стих из этого сборника может быть гимном любви. Вот как сама Галина Летягина говорила об этом чувстве: «Бог — это любовь», говорила бабушка. Из всех имён Бога это мне нравится больше всего. Именно любовь вела меня по жизни и открывала двери, которые были закрыты наглухо. А состоим мы из прочитанных книг, просмотренных фильмов, из того, чему научили нас родные и любимые. Из мира приходят впечатления. Расщепляясь в сознании, они дают силы жить дальше, понимать мир и взаимодействовать с ним. Это тоже частично про меня...»

Галине не было и шестнадцати, когда впервые она бабочкой впорхнула в литобъединение «Надежда», чтобы прочно влиться в строй норильских «шестидесятников», и некоторое время даже была его руководителем. «Ключи» от литобъединения в 1995 году ей торжественно передал Юрий Бариев, возглавлявший его более двадцати лет.

«Надежда», в 1943 году обретшая приют под крылом городской технической библиотеки, благодаря Алексею Николаевичу Гарри и Елизавете Яковлевне Драбкиной, объединила легендарных личностей, таких как Давид Кугультинов, Нора Пфеффер, Лев Гумилев и многих– многих других, чьи имена делами и временем заложены в монолитно–железобетонное основание Норильска. В 1953 году, после того как в Норильске появилась городская газета «Заполярная Правда», литобъединение продолжило своё существование уже при газете, под руководством известного прозаика и журналиста Сергея Львовича Щеглова–Норильского, бывшего политзаключённого.

Галина Летягина достойно несла славную эстафету, которую переняла от своих старших соратников по перу. Олег Бударгин, возглавлявший Норильск в 2000–2003 годах, так отзывается о ней:

«В моей личной библиотеке среди книг норильчан и о норильчанах есть и поэтические сборники стихов Галины Летягиной с её автографами. В Норильске всегда ценилось созидание и творчество, в нём были заложены прекрасные традиции, одна из которых — встречи творческой интеллигенции с работниками Норильского комбината, жителями города. В середине девяностых, сначала по долгу службы (Олег Михайлович в то время занимал должность заместителя генерального директора «Норникеля» по персоналу и социальной политике — прим. ред.), а затем уже и по личной инициативе, я был частым гостем творческих объединений. Однажды в литературной гостиной познакомился с Галиной Константиновной. Не буду утверждать, что мы дружили, скорее стали добрыми знакомыми. Встречаясь, всегда находили темы для разговора — и о жизни, и о поэзии. И о её, особом, Норильске, в котором она черпала вдохновение и рифмы, вкладывала в поэтические строки свое настроение, открывала душу.

У Галины Константиновны была замечательная ёмкая характеристика — «норильская национальность». Хорошо помню известие о том, что она и Сергей Лузан стали членами Союза писателей России, и насколько это было важно для неё. Удивляла её скромность: она могла попросить помочь творческому объединению, коллегам по перу, но только не себе. Потому, когда мне предложили поддержать издание второй книги поэтессы Летягиной «Белая пристань», я не задумывался.

Уход Галины Константиновны печален. Но с нами остались её книги, её ранимая душа, её искренние строки...»

И это правда: для нас, близких друзей, поклонников творчества Галины Летягиной, она навсегда останется в памяти замечательным поэтом, прекрасной женщиной и достойным человеком. Поэты уходят... Но они с нами, пока с нами их прекрасные стихи!


Вдвоём?

Одна?

Я вовсе не одна.

Как жаль, я становлюсь твоей сестрою.

Пальто накинешь,

Холода не скроешь,

Здесь вечно дует в спину из окна.

Слова.

То перелёт, то недолёт,

И нежность, захлестнувшая петлёю,

Меня удушьем быстро остановит,

Но это, уж поверь мне,

Не провал.

Сижу, к тебе притянута петлёю,

Уйти бы,

Да Господь не миновал.

Отточие досадливого жеста...

Я женщина?

С тобой я просто бездарь.

Я от пальто пустые рукава.

Ты руки вденешь,

И начнется действо,

И я услышу жуткие слова.


Ты отступник, всё равно уйдешь

Гордая, бродячая порода.

Я смотрю, как весело ты врёшь,

Только в этом море нету брода.

Всё опасно, как и жизнь сама.

И когда следишь ревнивым взглядом,

Ни любви, ни встреч твоих не надо,

Мне бы просто не сойти с ума.

Всё опасно. В звонкой тишине

На крови замешано безумство.

Чувствую лопатками я сумрак,

Эту жизнь беззвучную теней.

Подтолкнут. И тонкая стрела

За спиною пролетит нежданно.

Ах ты, боже мой, какой желанной

Я когда-то для тебя была.


Я не скажу «прощай» или «прости»,

Хотя уже давно звенит небесный ветер,

Мы беглецы с тобой на этом свете:

Нам целый мир хотелось обрести.

Открой ладонь.

Губами прикоснусь.

В тебе переплетенье странных нитей,

Смещение желаний и событий,

Умение улыбкою блеснуть.

Улыбка, как иллюзия глотка,

Не напоит, но жажду остановит.

Я рядом за стеклянною стеною,

Я для тебя заманчиво близка.

Я поклонялась трепетным рукам,

Цветам, что повернули листья к свету,

И тени на стене живой и ветхой,

Над нами проплывавшим облакам.

Предутреннего инея игла

Застряла в мочке уха невидимкой,

Прозревшими глазами я следила

За преломленьем тонкого стекла.

В развёрнутое тело объектива,

Как в заговор с тобою, я вошла.

Автор: Светлана Масленникова


11 октября в 20:12
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Для комментирования мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо авторизоваться на сайт под своим логином.